Библиотека

Песнь Перна стр. 154

Размер шрифта
-
+
Тема

своем деле молодой моряк оказался таким же хорошим наставником, как арфист в своем. К концу первого занятия Эльгион уже мог самостоятельно маневрировать по гавани, хоть Алеми и не преминул заметить, что ветер дует как раз с нужной стороны да и море на редкость спокойное; словом, погода выдалась как нельзя лучше.

– Что случается не так уж часто? – спросил Эльгион и услышал в ответ красноречивый смешок Алеми. – Ну что ж, не зря говорят: повторение – мать учения, буду осваивать ваши премудрости на практике.

– Не забывая и о теории.

Так их дружбу скрепил взаимный обмен знаниями и долгие беседы. И хотя они касались самых разных тем, Эльгион все не решался завести разговор о файрах и о том, что Вейр попросил его поискать следы этих неуловимых созданий. Тем не менее он обыскал все побережье, куда только смог добраться пешком, остались бухты, подойти к которым можно лишь с моря. Теперь, когда Алеми учил его управляться с парусом, Эльгион надеялся, что вскоре сумеет осилить эту задачу сам. Он ничуть не сомневался, что Янус не одобрит поисков ящериц, и не хотел впутывать Алеми в дело, которое может навлечь на его голову гнев отца. Парню и так несладко со сломанной ногой.

Однажды ясным солнечным утром Эльгион решил проверить, готов ли он осуществить свой замысел. Он отпустил детишек пораньше, потом разыскал Алеми и предложил ему устроить испытание – несмотря на ясную погоду, море было довольно бурное. Молодой моряк рассмеялся и, взглянув на облака, заявил, что к полудню море успокоится, но тем не менее согласился.

Эльгион выпросил на кухне большой пакет с булочками и рыбными колобками, и они отправились в путь. Алеми уже бодро передвигался по суше, опираясь на костыль, и был несказанно рад любому предлогу выйти в море.

Как только они покинули бухту, надежно защищенную полукружием скал, ялик стал добычей ветра и бокового течения. Сидя на корме, Алеми не обращал внимания на обрушивающиеся на лодку брызги, когда их то подбрасывало на гребень волны, то кидало вниз, и играл роль молчаливого пассажира. Арфист же в одиночку сражался с румпелем и парусом, стараясь удержать лодку на курсе, который задал Алеми. Моряк уловил перемену ветра на несколько мгновений раньше Эльгиона, но, надо отдать ему должное как учителю, арфист отстал совсем не намного.

– Ветер стихает.

Алеми кивнул и надвинул шапку на другое ухо, приспосабливаясь к новому направлению ветра. Теперь, когда ветер едва надувал парус, они плыли, увлекаемые вперед глубинным течением.

– Что-то я проголодался, – объявил Алеми, когда с подветренной стороны из моря возникли кряжистые сизые отроги Драконьих камней.

Эльгион вытравил шкот, Алеми спустил парус и с привычной сноровкой намотал его на гик. По его указанию арфист закрепил румпель так, чтобы течение само влекло ялик вдоль берега.

– Почему-то на море, – с набитым ртом промычал Алеми, – еда всегда кажется вкуснее.

Эльгион только кивнул – он тоже отдал должное рыбным колобкам, хотя, отметил арфист про себя, нельзя сказать, чтобы он особенно перетрудился: всего-то держался за руль да время от времени перекладывал парус.

– Вообще-то, на море не так уж часто удается перекусить, – продолжал Алеми. – Мне не приходилось рассиживаться вот так с тех самых пор, как я подрос и меня приставили к

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.