Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа стр. 343
понял, что проблема заключается не в том, отпустит ли Фосельм Красного. Скорее Фосельм был марионеткой демона, нежели наоборот, а тот и ломаного гроша не дал бы за еще один день жизни миллионов существ, населявших Умирающую Землю. В отчаянии Шрю сказал:
— Нет никакой гарантии, что твой Красный — даже с учетом его помощников. Пурпурных, — сумеет одержать победу над сандестином-дайхаком из Четырнадцатой эры.
В глазах Фосельма сверкнули красные искры. Это была не иллюзия, не отражение мучительного рассвета. Древняя нечеловеческая сущность овладела хрупкой оболочкой и в буквальном смысле слова горела от желания вырваться наружу.
— Ты прав, чернокнижник Шрю, — произнес Фосельм. — Нет никакой гарантии, что мой Красный победит, — лишь неимоверно большая вероятность. Но ты знаешь, как и я, что случится через тридцать секунд после того, как мы оба спустим с поводка своих зверушек: ты — дайхака, а я — своих элементалей. Не исключено, что ты выживешь. Однако уже через пять секунд шлюха и грызун будут мертвы, равно как и восемь тысяч людей в долине, что под нами. Решайся, Шрю. Я требую поисковый кристалл… сейчас.
Чернокнижник Шрю бросил кристалл Фосельму. Внезапно Шрю словно уменьшился, превратился в обычного старика, высокого, но худощавого и хрупкого, одетого в мантию из паутинного шелка, ссутулившегося под грузом времени и неимоверной усталости.
— Я бы всех вас прикончил, — сказал Фосельм, — но не хочу тратить силы, которые понадобятся во время путешествия.
Прорычав несколько команд на языке более старом, чем гора, на склоне которой стоял его отряд, Фосельм приказал двум Пурпурным остаться и не позволить Шрю и его спутникам покинуть библиотеку. Потом Фосельм, его ученик, трепещущий Красный, трое Желтых и трое Зеленых забрались на своих пельгранов-мутантов и взмыли в небо.
Хотя их разделяло большое расстояние, Шрю мог видеть, как сидящий в седле Фосельм склоняется над мерцающим поисковым кристаллом. Одиннадцать громадных пельгранов, хлопая крыльями, летели на юго-восток, пока их не поглотило расплывчатое красное зарево рассвета.
— Идем, — устало произнес Шрю. — Пурпурные позволят нам еще немного пожить, так что стоит поискать в библиотеке какую-нибудь еду.
Дерве Корим открыла рот, чтобы сказать колкость, сердито посмотрела на согбенного старика, который был ее неутомимым любовником всего лишь несколько часов назад, и с отвращением последовала за Шрю в библиотеку. Мауз Меривольт, а за ним и Кирдрик — дайхак двигался с неохотой, рывками, явно не по собственной воле — сделали то же самое. Взгляд демона на всех уровнях реальности был устремлен на двух Пурпурных.
Когда Шрю оказался внутри, его поведение полностью изменилось. Маг вприпрыжку рванулся мимо полок и взлетел по ступенькам, словно мальчишка. Босые черные лапы Меривольта зашлепали по гладким камням, а Дерве Корим пришлось перейти на бег, при этом правой рукой придерживая ножны и рог иберка, чтобы не бряцали слишком громко.
— Ты что-то придумал? — крикнула она, когда чернокнижник Шрю снова ворвался в спальню, где вечным сном уснул Ульфэнт Бандерооз. Дерве Корим чуть запыхалась после пробежки и с некоторой досадой заметила, что дыхание Шрю совсем не сбилось.
— Не придумал, — ответил Шрю. — Я все время об этом знал. Тот красивый поисковый кристалл был всего лишь приманкой. Он ни к чему не приведет Фосельма и его элементалей — по крайней мере, к тому, что