Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа стр. 345
целы.
— Целы, — сказала Дерве Корим, — но не осталось ни капли необходимой для них подъемной жидкости, потому что северные торговые маршруты закрыты. За последние два года из Мотманского Перекрестка не вышел ни один небесный галеон.
Шрю снова улыбнулся.
— Мы можем взять твоих мегилий, — тихим голосом проговорил он. — Если загнать их до полусмерти — так, чтобы седло до крови натерло зад одному старому магу, — то можно попасть в Мотманский Перекресток уже завтра к полудню. Но надо будет заехать к моему фургону, чтобы забрать походный сундук.
— Фосельм сказал, что сжег фургон и все, что в нем было, — напомнила Дерве Корим.
— Так и есть, — ответил Шрю. — Но мой сундук сложно украсть и еще сложнее сжечь. Мы найдем его в целости и сохранности посреди пепелища. Владельцы небесных галеонов из Мотмана обрадуются одной вещи, которую Кирдрик поместил в… о, я вспомнил! Кирдрик?
Дайхак, чьи пурпурные перья вдоль костяных гребней на черепе встали дыбом так, что теперь касались дверной рамы в двенадцати футах над полом, а огромные шестипалые ладони то сжимались в кулаки, то снова разжимались, дрожа, зарычал в ответ.
— Ты не мог бы оказать мне услугу, — попросил Шрю, — прикончив двоих Пурпурных, что ошиваются внизу?
Кирдрик оскалил клыки в улыбке столь широкой, что она дотянулась до его
заостренных ушей. Еще пара дюймов — и верхняя часть головы дайхака могла бы отвалиться.
— Но сначала забери их на десятый уровень Надмирья, а там уже делай что хочешь, — прибавил Шрю. Повернувшись к Меривольту и Дерве Корим, он объяснил: — Так он в значительной степени уменьшит косвенный ущерб. По крайней мере, в этом мире. — Вновь обратившись к Кирдрику, он сказал: — Когда закончишь свои дела в Надмирье, тотчас же возвращайся к нам.
Кирдрик исчез в мгновение ока, и через несколько секунд библиотека содрогнулась от оглушительных громовых раскатов — это дайхак перетащил обоих Пурпурных из одной реальности в другую. Окаменевший труп Ульфэнта Бандерооза подпрыгнул на высокой кровати, а книги и талисманы попадали с полок и комодов.
— А теперь — к треклятым мегильям! — сказал Шрю. Они вышли из комнаты, и Дерве Корим на ходу сняла с пояса рог иберка.
Мауз Меривольт на секунду задержался. Стоя над безносым окаменевшим трупом, малыш сложил перед собой ладони и склонил голову. Его огромные черные глаза наполнились слезами.
— Прощайте, Хозяин, — произнес он.
Потом Меривольт поспешил за своими спутниками. Оглушительный сигнал рога госпожи стратегессы Дерве Корим эхом раскатился среди гор, и почти сразу из долины внизу раздалось ответное гудение других таких же рогов.
Над караванным городом под названием Мотманский Перекресток вздымались три высокие башни из стали и железа, похожие на три металлические отметки на солнечных часах. Вершины башен располагались на высоте от трех до шести сотен футов над городом и рекой. Башни были построены из ферм, вид имели скелетоподобный и сугубо функциональный, однако вместе с тем казались красивыми, выдержанными в стиле, забытом много веков назад; на каждой вершине имелась площадка в один-два акра, на которой располагались лебедки, подвесные доки, рампы, хибары смотрителей, специально отведенные места, где пассажиры собирались в ожидании рейсов, а также передвижные ленты для грузов — все, что требовалось для обслуживания почти непрерывного движения небесных галеонов, которые