Песни умирающей земли. Составители Джордж Р. Р. Мартин и Гарднер Дозуа стр. 346
когда-то бороздили здешние небеса. Шрю и его спутники — в том числе семнадцать мирмазонок, присоединившихся к своей предводительнице, — ехали по широкой главной улице Мотманского Перекрестка, вынуждая местных жителей и случайных пилигримов бросаться врассыпную, чтобы не попасть под лапы измученных и разъяренных мегилий, и чернокнижник видел, что небесных галеонов осталось только три. За последние века небесная торговля зачахла, поскольку сок оссипа и его горючий экстракт превращались во все более и более редкие субстанции. Многие старинные небесные галеоны, когда-то приписанные к порту Мотман, давно уже приземлились где-то еще или были украдены пиратами, которые нашли им применение на морских и речных просторах Умирающей Земли.
Но три остались — они покоились на вершинах соответствующих причальных башен и выглядели относительно нетронутыми временем. Задолго до того, как Шрю и его спутники достигли подножия этих башен, чернокнижник достал подзорную трубу и принялся изучать имевшиеся варианты.
Первая башня, вздымавшаяся в темно-синее полуденное небо и принадлежавшая «Наивеликолепнейшей мартусийской компании комфортабельных круизов», представляла собой совокупность насквозь проржавевших ферм и перекрестных балок, готовых вот-вот превратиться в деревянную труху. Наружная лестница обрушилась, а подъемная клеть лифта давным-давно упала на самое дно шахты. Шрю видел, что конструкция опутана веревочными лестницами, словно паутиной, а на провисшей платформе в трехстах футах над рекой есть люди, но они, похоже, заняты разборкой некогда прекрасного галеона, покоящегося в подвесном доке. На мачтах корабля уже не было парусов, а с большей части палубных надстроек — и даже с корпуса — ободрали обшивку из бесценного железного дерева.
Плакаты на второй башне все еще провозглашали: «Лумартийские роскошные путешествия! Наши галеоны доставят вас в любую точку Умирающей Земли! Непревзойденный комфорт, тотальная безопасность и декадентская роскошь, какой вы еще не видели! Добро пожаловать, пилигримы! Почитателям Йаунта, Джастенава, Фампоуна, Адельмара и Суула — да будут их имена благословенны! — скидка 10 %!» Впрочем, эта башня едва ли находилась в лучшем состоянии, чем первая вместе с ее кораблем. На вершине не наблюдалось ни души, и даже лачуги, в которых жили грузчики, рассыпались. Небесный галеон в доке этой башни был не больше предыдущего, но выглядел так, словно вернулся из боя: по всей длине корпуса виднелись подпалины и пробоины, а торчащие отовсюду десятифутовые железные гарпуны превращали старый корабль в подобие дикобраза.
Шрю со вздохом обратил взгляд к третьей, самой высокой башне. Лестница — все ее шестьдесят идущих зигзагом пролетов — выглядела шаткой, но целой. Платформа лифта находилась на дне шахты, но Шрю увидел, что все левитационное оборудование было снято, а оставшиеся металлические кабели — слишком старые и тонкие, чтобы
вынести такой вес, — кто-то присоединил к ручному вороту, располагавшемуся внизу. Эмблема была поскромнее: «Шиолко и сыновья. Небесные перевозки в долину Фольгус, Баумергарт и мыс Печальных Воспоминаний (при наличии достаточного запаса оссипа)».
«Вот уж нет, — подумал Шрю, — никто не согласится платить за полет до мыса Печальных Воспоминаний после недавних цунами». Он направил трубу на плоскую вершину башни.
Там обнаружились палатки и люди — десятка два тех и других, — что вызывало у него и воодушевление, и разочарование. Кем бы ни были эти вероятные пассажиры, похоже, они ждали уже довольно долго. Между старыми палатками тянулись веревки, на которых сушилось белье. Небесный галеон, однако,