Библиотека

Петербургский детектив стр. 111

Размер шрифта
-
+
Тема

она стала моей!» – как капризная маленькая девочка, подумала Даша и, не успев осознать того, что собирается сделать, сжала кулак. Золотое свечение мигом погасло, а следом погас свет и внутри самой Даши. Она закрыла глаза и заснула.

Шея и поясница затекли от долгого сидения в неудобной позе, и все тело протестующе заныло, когда она попробовала выпрямиться. «Никогда такого не было. Надо же, сморило прямо за столом!» – подумала она, медленно и осторожно поднимаясь на ноги.

За окном было черным-черно, часы на стене утверждали, что уже почти полночь. Ей давно следовало быть в постели – завтра, как обычно, рано вставать, дел полно…

Внезапно пришло в голову, что она не имеет абсолютно никакого представления о том, что именно ей предстоит делать. То есть она знала, что должна будет трудиться, заниматься чем-то важным – вот только чем?

Да уж, радости в старости действительно мало.

Впрочем, эта забывчивость не сильно ее расстроила. Она знала, что проблемы с памятью – рядовое явление в почтенном возрасте. А потом – с какой стати волноваться, если спустя мгновение список дел снова возник перед мысленным взором?

Кафе, как обычно, сверкало чистотой. Столик, за которым она, по-видимому, заснула, был пуст, если не считать вазочки, куда завтра поставят свежий букетик, а еще подставки для салфеток, перечницы и солонки.

«С какой стати мне понадобилось спускаться в зал на ночь глядя?»

Как же все это необычно! Вот и сон сейчас снился тоже чудной до нелепости. Как будто ей не семьдесят два, а двадцать семь, и сидит она в богато убранном ресторане. Рядом – молодой мужчина: светлые волосы, очки без оправы, открытая улыбка. Цветы, яркий свет, играет музыка…

А потом картинка сменилась, и вот уже она бежит, летит куда-то, не разбирая дороги. Вокруг – паутина улиц, незнакомый город, который сейчас почему-то кажется знакомым, а тогда был чужим. Она сдерживается, чтобы не расплакаться, и мчится все быстрее,

как будто хочет, чтобы ветер осушил слезы. Или чтобы от бешеного бега на спине прорезались крылья и унесли ее подальше отсюда.

Чем закончился сон, вспомнить не удавалось. Он таял, рассеивался, ускользал. Какая-то тревожная мысль промелькнула и пропала, оставив после себя ощущение недосказанности и чувство беспокойства. Словно она позабыла то, что должна была помнить, упустила самое главное, жизненно необходимое…

«Хватит киснуть! – приказала она себе. – Надо освежиться, ополоснуть лицо. А потом подняться, в конце концов, в свою квартиру и лечь в постель».

Она побрела в туалет, отметив по пути, что ключи от входной двери лежат возле кассы. «Когда я успела положить их туда? Как запирала дверь? Зачем вообще садилась за дальний столик?»

Вопросы множились, атаковали усталый мозг. Она отмахнулась от них, включила свет в туалетной комнате, умылась, с наслаждением погружая лицо в прохладную воду. Проточная вода студила руки, проясняла мысли, уносила прочь все дурное.

Закончив, она повернула кран и выпрямилась. Прямо перед ней было большое прямоугольное зеркало, и, глядя на свое отражение, она вновь – в который уже раз за короткий срок! – испытала щекочущее, неясное чувство.

На долю секунды ей показалось (абсурд, бред!), что она – это не она. Знакомое лицо, прическа и платье – знакомые, но… чужие. Словно она по ошибке

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.