Петька Дёров стр. 421
где он и что с ним происходит. Таким бесчувственным его и нашли немцы. Они набросились на тело мальчика, готовые разорвать его на части. Но подоспевший гестаповец остановил карателей. Он приказал перенести мальчика в избу и послать за врачом.
Офицер хотел во что бы то ни стало привести Петьку в чувство и выпытать от него место расположения партизанского отряда, имена подпольщиков в деревне. В сумке убитого деда Игната немцы уже обнаружили тол, кислотные мины и два пистолета. Чутьем старой ищейки капитан Пауль Эрдман отлично понимал, что всё это предназначалось для какой-то диверсии. Ясно ему было также, что старик и мальчик должны были передать эти боеприпасы кому-то. Но кому? Это он и надеялся узнать от мальчика.
Вот почему, когда Петька, наконец, пришел в себя, застонав от боли, он увидел склонившегося над ним человека в белом халате.
«Где это я?» — подумал мальчик.
Медленно он стал припоминать всё, что произошло с ним: бросок гранаты, расширенные от ужаса глаза немецких офицеров. Взрыв и полет — провал куда-то в темноту.
Петьку мучило сознание, что задание осталось невыполненным. А в отряде ждут, надеются… И вот как получилось.
Петька подумал о себе. И мысленно представил, как будет расстроен неудачей Сергей Андреевич…
Но, вспомнив, как он, Петька, бросил гранату в гитлеровцев, мальчик улыбнулся, подумав, — партизаны всё-таки скажут о нем: «Молодец, Петька, не сдался!»
В это время человек в белом халате снова склонился над ним. На этот раз Петька ясно увидел его лицо. Противное и злое, с кокардой на фуражке, изображающей череп и две кости, — это было лицо врага.
«Гестапо», — почти машинально отметил Петька. Это его почему-то не испугало.
Что будет с ним, с Петькой, — эта мысль как-то перестала его тревожить с того самого момента, когда он решил кинуть гранату в машину.
Немец-врач еще раз взглянул на Петьку и что-то сказал солдату. Тот быстро вышел.
Вскоре солдат вернулся с двумя гестаповцами. Офицеры сели за стол и положили перед собой чистую бумагу.
Петьку подняли и посадили, на табурет. Тут только он почувствовал, что ранен в ногу. Острая режущая боль заставила его мучительно искривить рот, напрячь все силы, чтобы удержать крик. В глазах у него потемнело так, что он вынужден был на минуту закрыть их.
Он очнулся от вопроса, заданного ему по-русски одним из офицеров:
— Откуда ты?
В избе воцарилась тишина.
Петька, не отвечая, смотрел в сторону, куда-то в стену. В эту минуту ему вдруг пришла в голову тоскливая мысль. Ведь кругом только фашисты и ни одного близкого человека.
Хотя бы один, только один русский человек был бы рядом, и то сердцу стало бы легче. Но нет никого. Кругом только гитлеровцы, готовые пытать, резать, вешать. Перед его взором снова встала виселица, такая, какую он видел когда-то в Захворове. Тогда ему удалось благополучно уйти, а сейчас… Сейчас смерть неминуема. Неприятная холодная дрожь пробежала по спине.
Но это настроение сразу исчезло под влиянием новой мысли. А всё-таки он отомстил за отца, за мать, сестренку, за всех бездомных сирот.
Он медленно повернул голову и посмотрел на закоптелую русскую печку. Вот из щели вылез таракан и, будто не найдя ничего доброго, пошевелил усами и исчез