Пион уклоняющийся стр. 50
взял её за плечи и совершенно неожиданно вдруг сверху сунул обе руки ей в вырез платья, причём прямо в замечательный кружевной бюстгалтер, делающий её грудь столь выдающейся и вопиющей. Руки его оказались холодными и слегка влажными. Нина чуть не грохнулась в обморок от ужаса, ей показалось, что у неё в лифчике рыба.
– Прекратите сейчас же! – прошептала она, боясь пошевелиться. Из глаз сами собой потекли слёзы. В этом случае пользоваться советами психолога, мысленно перемещаться к потолку, было явно бесполезно. И Нина уже была готова сдаться без боя, как она это постоянно делала в прежней жизни. Правда, раньше на её лифчик никто не покушался. Всё-таки, согласитесь, есть большая разница между моральным и физическим насилием.
– И не подумаю. – Он продолжил шарить у Нины в бюстгалтере. – Кроме ваших чудесных прелестей меня интересует информация. Вы мне будете регулярно докладывать обо всех подозрительных действиях вашего начальника, о его просьбах, всё-всё будете докладывать. Вы же главный бухгалтер, доверенное лицо. Очень-очень доверенное лицо. А для оформления нашей договоренности вы придёте сегодня в семь вечера ко мне в отель. Потом буду вызывать вас в Москву. А что? Хорошая командировка. Не Париж, конечно, но…
Нина представила это, ужаснулась и тут же разозлилась уже на саму себя. Испытала ту самую здоровую злобу или даже скорее холодную ярость. Ну, что же она за овца-то такая. Раньше когда она была похожа на замурзанную безответную училку, её все имели, правда, только в мозг, и вот, пожалуйста! Когда она так изменилась, начала новую жизнь, её опять имеют, и имеют уже буквально со всех сторон!
– А если я не соглашусь? – Она решила попробовать уклониться. В конце концов, она ничего не теряет. Ведь в жизни ничего страшнее приставаний этого упыря явно быть не может.
– Я бы вам не советовал. – Холодные пальцы, похоже, чувствовали себя уже гораздо уверенней.
– И всё же? – Нина должна знать, что она теряет. Может, и правда, у него есть какое-то страшное на неё оружие, рычаг влияния, или как они это называют. Что-то такое, из-за чего стоит всё же сдаться, согнуться под ударами судьбы и терпеть это всё безобразие. Терпит же она своего мужа.
– Иванов Олег Петрович увидит это занимательное кино.
– И всё? – Нина не поверила своим ушам. Тоже мне аргумент!
– Вам мало?
– Тю-ю-ю! – Нина расхохоталась, ухватила руки упыря за запястья и буквально выдернула их из своего лифчика. – Да Иванов Олег Петрович всё знает. Я ему сразу доложилась.
– Да неужели? Я правильно понял? Что вы сейчас сказали?
– Что слышал. – Нина встала и решительно развернулась. – Иванов Олег Петрович за три рубля удавится, а тут у жены зарплата хорошая, премии, подарки. Видал часы? – Нина сунула под нос упырю свои новые часики. – Генеральный подарил. Мужу очень понравились. Сказал, от меня не убудет, если такой хороший человек, как наш генеральный директор, будет оказывать мне внимание. Всестороннее внимание!
Такую манеру разговора Нина тоже как-то слышала по телевизору. Может быть, даже в том же сериале, где советовали идти в отказку до последнего.
– А хорошая зарплата, премии и заграничные командировки разве не являются злоупотреблением служебным положением? – Упырь плотоядно усмехнулся и опять попытался ухватить Нину.
– Ну, это как посмотреть. – Нина брезгливо стряхнула с