Пир во время чумы стр. 218
– У нас всегда все на месте, нынче работой никто не бросается, – ответил парень, поднимаясь по лестнице, расположенной недалеко от кабины пилота. – Нинка вот, правда, сегодня ноет, приболела, просится домой…
Сыщик насторожился, у него вдруг онемели кончики пальцев. А почему не бортпроводница? Компактную взрывчатку вполне способна прилепить и женщина.
– Она пока на борту? – безразличным тоном спросил Гуров.
– Куда денется? Командир не пускает, он у нас зануда, строгий, я хотел сказать.
Гуров и летчик поднялись на борт, парень, стесняясь, сказал:
– Обождите, я вызову командира, – и скрылся за дверью.
Из-за портьеры выглянула девушка, хлюпнула носом и скрылась.
Тут же к сыщику вышел пилот, подтянутый, седой, но не старый, и строго спросил:
– Чего желаете? Ваше присутствие на грузовом борту – достаточно серьезное нарушение.
– А перевозка генеральского унитаза в порядке вещей? – спокойно спросил сыщик.
– Начальники возят что хотят, куда хотят, я извозчик, – ответил пилот. – Так в чем дело?
– Несколько вопросов, командир.
Когда сыщику требовалась пауза, он всегда доставал сигареты. Так и курить научился. В молодости носил сигареты и зажигалки для отвлечения внимания собеседника, затем стал прикуривать, попыхивать, не затягиваясь. Когда один рецидивист сказал молодому оперу: мол, ты либо кури, либо добро не порть, Гуров начал покуривать. Теперь не знает, как бросить.
– Ну-ну, говорите, у меня работа, – раздраженно сказал пилот.
«Такой симпатичный мужик – и преступник», – вдруг подумал сыщик и задал вопрос:
– Простите, у вас постоянный состав?
– Живые всегда на месте.
– Сегодня никто не подменялся, не заболел? – упрямо спросил сыщик.
Они встретились взглядом, сыщик увидел, что летчик вопрос понял правильно.
– Бортпроводница сопли распустила, но она полетит, – уверенно ответил пилот. – Все? Алексей, проводи начальника. – И, не прощаясь, ушел в свою кабину.
Гуров вернулся в отсек к Стасу, мельком взглянул на убийц, которые улеглись на роскошном диване «валетом» и уже спали. Сыщик протиснулся к внутренней двери, тщательно проверил ее, убедился, что она заперта прочно, с внутренней стороны не отпирается, и вернулся к другу.
Начали прогревать двигатели, самолет дрожал и громыхал так, что казалось, свершится чудо, если он поднимется в воздух. Стас, хитро подмигнув, вытащил из кармана фляжку коньяка, два крохотных стаканчика. Гуров приник губами к его уху, крикнул:
– Рано! Стас согласно кивнул и крикнул в ответ:
– А мы только за пройденный путь!
Оперативники выпили, Гуров закурил. Станислав закрыл глаза, пытаясь устроиться на жесткой лавке поудобнее. Наконец самолет побежал по взлетной полосе и вскоре уже повис в воздухе. Рев уменьшился. Стас отказался от идеи вздремнуть и громко сказал:
– Если Петр встретит, мы победили.
– Петр встретит, – убежденно ответил Гуров. – Как поведет себя прокуратура, неизвестно. У нас нет протокола изъятия оружия.
– Когда берешь преступника с оружием в руках, тоже нет протокола, но есть отпечатки пальцев. У нас они должны быть.
– Помолчи, Стас, я от тебя устал.
– Младшего обидеть просто. Если бы я рассказал, как я от тебя устал! – Стас растянулся на лавке и положил голову на колени другу.
Гуров впервые за последние дни успокоился, перестал думать о работе, мысленно вернулся в свою квартиру, взглянул на Марию. Она меня любит. Странно, даже