Пиранья. Бродячее сокровище стр. 220
где тут выключатель, и есть ли вообще электрический свет.
Оказалось, имеется – когда ровнехонько через четверть часа в дверь предупредительно поскреблась индианка и более красноречивыми жестами, нежели непонятными ему словами пригласила к ужину, в коридоре уже горели электрические лампочки. Проводов, ведущих к дому, он что-то не заметил – значит, собственный движок где-нибудь в подвале.
Столовая оказалась и вовсе грандиозных размеров, увешанная портретами предков, старым оружием, со столом столь длиннющим, что лакеям, по рассуждению, гораздо удобнее было бы разъезжать вдоль него на велосипедах. Небольшая скатерть, постеленная у одного из торцов стола, с двумя приборами на ней, выглядела не просто смешно – убого. Однако Кристина, в темном платье, с тщательно расчесанными волосами, выглядела так гордо и независимо, словно не замечала этого горького юмора. Мазур довольно быстро определил, что это, скорее, не гордость, а скованность: нелегко демонстрировать жалкие остатки прежней роскоши, былого величия... Тяжело девочке, девочка с характером...
– Великолепно, – сказал он непринужденно, вертя в руках массивную серебряную вилку, должным образом начищенную. – Вы не боитесь, что ненароком гены взыграют, и я сопру ваше фамильное серебро?
– Это уже не смешно, – сказала она досадливо. – Кто бы вы ни были, но на мелкого воришку уж точно не похожи. Ешьте. Все в упадке, но готовит Мария неплохо.
– Уж это точно, – сказал Мазур, нацеливаясь вилкой на что-то аппетитное, источавшее аромат жареного мяса и незнакомых приправ. – Люблю повеселиться, особенно поесть. Тем более...
Высокое овальное окно лопнуло, посыпались осколки, и пуля звучно ударила в потускневшую деревянную панель под потолком. Почти не рассуждая, Мазур, отшвырнув свое массивное стуло, пинком подшиб ножку стула девушки, отпихивая его от стола, свалил Кристину на пол и замер с пистолетом в руке.
Дззз-зззынь! Второе окно вылетело к чертям, а за ним и третье. Пули ударяли в стену высоко над головами. Мазур старательно считал выстрелы.
Во дворе хлопнула парочка других, прозвучавших гораздо ближе: ну, ясно, привратничек старается, в белый свет, как в копеечку. Девять, десять... и – тишина.
– Послушайте! – сердитым шепотом произнесла Кристина. – Что за манера меня то и дело швырять, как куклу? И на дороге, и здесь... Я вся в синяках...
Во дворе бабахнул еще выстрел.
– Лежите-лежите, – сказал Мазур. – Береженого бог бережет. Когда еще мне выпадет случай держать в объятиях девушку из столь благородного рода, причем на законных основаниях, заслоняя своим телом от опасностей?
Она забарахталась всерьез – гибкая, сильная, в ароматах незнакомых духов. «Приятная девочка, – подумал Мазур, посильнее придавив ее к полу. – Знать бы только, что за игры играет, и в
чем тут двойное дно, оно просто обязано быть...»
– Пусти!
– Сейчас, – сказал Мазур. – Не вставай сразу, ладно?
Он, пригибаясь, чуть ли не на четвереньках подбежал к большому выключателю рядом с входной дверью и с маху вырубил свет. Метнулся к окну, примостился в простенке. Разумеется, ничего подозрительного он во дворе не заметил, хотя ночь выдалась лунная – пусто, конечно, они определенного палили с приличного расстояния, оружие позволяло...
Кристина подошла к нему, вгляделась в темноту и зло сказала что-то по-испански. У Мазура осталось впечатление, что это были слова, которых благородной сеньорите из приличного дома вообще-то не полагалось бы знать – но