Плавучий город стр. 201
меня отравляет. Но этого мало. Я должен рассказать тебе о том самом поступке, который я совершил.
— Вы хотите, чтобы я вас простил?
Эти слова вызвали у Ёсинори искреннюю усмешку.
— Тебе не понадобится меня прощать. Я только хочу, чтобы ты меня выслушал. На днях ко мне приезжал Акира Тёса. В течении нескольких лет я вел с ним кое-какие совместные дела. Вы даже не подозревали об этом, ведь верно, дайдзин? Ну, впрочем, это неважно. Мы были партнерами в биржевой игре, вместе владели страховыми и строительными компаниями. Без этого сотрудничества, боюсь, мне не удалось бы нажить своего нынешнего состояния. И потому, когда он
попросил об одной услуге, я не стал отказывать. Он, конечно, знал о нашей вражде и сыграл на этом. Хотел с помощью одного человека нанести удар по самому уязвимому месту своего врага. Ты догадываешься, о ком речь?
— Да, — кивнул Усиба, вспоминая клятву Тёсы во что бы то ни стало уничтожить Николаса Линнера.
— Он сказал, что ты был против его плана. Это правда?
— Да, это правда.
Глаза Ёсинори начали слезиться — возможно, от едкого дыма.
— Я оказал ему услугу, о которой он просил, — позволил воспользоваться моим влиянием, чтобы убедить нового оябуна клана Ямаути Тати Сидаре стать тем самым смертоносным оружием.
Ванг Тау — ВашингтонСкелет, лежавший перед Николасом, был огромен. Не меньше тринадцати футов в длину. Отблески пламени плясали на стеклянном ящике, в который он был заключен, рождая таинственные тени; неровный свет своими длинными пальцами играл на массивных полированных ребрах.
— Этот был пойман в 1868 году, — сказал Тати. — У каждого из китов Ланг Ка Онга — особая роль.
Ланг Ка Онг — Храм Китов — был построен в 1911 году. Вид большого зала, наполненного скелетами огромных животных, разительно отличался от интерьеров буддистских святилищ, которых Николас повидал немало, Культ кита вьетнамцы заимствовали у народа чампа, одного из множества аборигенов, покоренных вьетнамским царством.
— Многие столетия в здешнем фольклоре Спаситель воплощался в образе кита, — продолжал рассказывать Тати, положив свою плоскую жесткую ладонь на стекло, — что вполне естественно для нации рыболовов.
Небо было усыпано звездами; луна цвета банановой кожуры величественно плыла в вышине, словно боевой корабль, поднимающий паруса перед тем, как атаковать гигантских загадочных тварей.
— На какое время Ван Кьет назначил встречу? — спросил Николас.
— Мы пришли гораздо раньше — я хотел, чтобы вы до этой встречи увидели кое-что любопытное. Ручаюсь, нигде во Вьетнаме вы не увидите ничего подобного. И еще я считал необходимым, чтобы вы на всякий случай внимательно осмотрели место, где будет происходить встреча — мало ли что... И дело не в том, что я не доверяю старшему инспектору; просто я не доверяю вьетнамцам вообще. По-моему, они привыкли лгать всем — даже самим себе.
И глядя на останки удивительных животных, Николас с внезапной остротой ощутил вселенскую гармонию жизни; ему показалось, что самые далекие звезды стали ближе, а луна спустилась к самой земле. Но заговорил он совсем о другом:
— Насколько я знаю, у якудзы редко случается, чтобы такой молодой человек, как вы, стали оябуном целого клана.
Тати усмехнулся:
— Да, вы, конечно, знаете о жизни якудзы куда больше, чем члены этой организации.
Николас остановился. На лице его