Плавучий город стр. 351
бы якудзе не пожертвовать кое-чем для американцев? В конце концов, членам этой организации очень неплохо платят за то, что они делают.
Оками проворчал:
— Не стоит обращать внимание на слова Катсуодо. Он оябун клана Ямаути и страшится моего могущества. Не забывайте, что именно я привел его к власти. Теперь вижу, что ошибся. Вопрос об отношении к сотрудничеству между якудзой и американцами стал для него своего рода лакмусовой бумажкой, с помощью которой он проверяет, кто из оябунов на моей стороне, а кто — на его. Вот почему он так упрям и несговорчив. И теперь, прилагая усилия, направленные на тотальный изоляционизм, он инспирировал серьезные столкновения между кланами. Такие действия, направленные на раскол якудзы, совершенно недопустимы. В подобной ситуации Япония уже была в конце шестнадцатого века, но к власти пришел Токугава, он объединил всех оябунов и держал их под контролем. Именно такой человек необходим нам сегодня.
Покуривая трубку, полковник глубоко затянулся.
— Это интересная мысль, мой друг. Однако до сих пор ни один оябун не мог с этим справиться. — Линнер выпустил изо рта облачко дыма и смотрел, как оно постепенно растворялось в воздухе. — Но на будущее... — казалось, эта идея заинтересовала Линнера. Немного помолчав, он сказал: — Знаете, даже слухи о появлении такого человека укрепили бы позиции якудзы. Это может быть полезным для всех нас.
В который раз Оками был поражен способностью полковника использовать простые идеи для достижения своей конечной цели. В этом смысле он действительно умел превращать камни в золото. Затем они приступили к обсуждению вопросов, которые требовали решения не в будущем, а в настоящем.
— Катсуодо Кодзо необходимо постоянно отговаривать и разубеждать, — сказал Оками. — Вот тут и пригодится Токино Каеда. Он сообщил мне о том, что есть абсолютно надежный способ покончить с Катсуодо. Оябун не умеет плавать. Это держится в строжайшем секрете, но Каеда, будучи одним из наиболее приближенных лиц Катсуодо, конечно же посвящен в эту тайну. И через неделю тело оябуна будет найдено где-нибудь в реке Сумида, вот тогда мы сможем продолжать переговоры с Уиллоуби и его кликой военных преступников.
Линнер согласно кивнул, набивая трубку новой порцией табака. Оками искоса следил за его движениями, пытаясь понять, что происходило сейчас в голове этого неординарного человека. Признаться, несмотря на все усилия, Оками никогда не мог до конца понять полковника и ни капли не сомневался в том, что если бы тот избрал своим занятием игру в шахматы, то стал бы величайшим гроссмейстером мира. Дэнис Линнер умел видеть на сто шагов вперед, и это поражало Оками. От этого человека Оками научился гораздо большему, чем у всех своих прежних учителей, наставников и сенсеев. Полковник глубоко понимал жизнь во всех ее бесчисленных проявлениях, суть которых просто и ясно излагалась учением Синто.
Это был непреклонный, порой суровый человек. Впрочем, и у него бывали минуты легкомысленного веселья. Однако Оками видел, что полковник строго контролировал их количество. Казалось, Дэнис Линнер взвалил на свои плечи всю тяжесть того нового мира, который он так страстно хотел создать. Помимо всего прочего, полковник Линнер был еще и архитектором мечты. Его представление о том, какой станет Япония в один прекрасный день, наполняло воображение Оками калейдоскопическими картинками, отображающими неумолимый