По найму стр. 22
он с надеждой в голосе.
— К сожалению, нет.
Эх, жаль, нельзя ответить: «Столько же, сколько вашим».
— Значит, так, — начал он, — младшей два года, и она самый настоящий чертенок.
— А остальным?
— Парню — он старший — одиннадцать, девочке — средней — восемь. Хорошие ребята, честное слово.
— Как же их зовут? — не унималась леди Франклин, решив во что бы то ни стало сделать Ледбиттера и его семью реальными в своих глазах — да и в его тоже: в конце концов исцеляться — так исцеляться!
И этот вопрос застал Ледбиттера врасплох.
— Господи, я скоро забуду, как зовут меня самого, — смущенно пробормотал он, — стало быть, Дональд, Патриция — это наша средняя, и Сьюзен. Мы их зовем Дон, Пат и Сюзи.
— Какие прелестные имена! — воскликнула леди Франклин. — А как зовут вашу жену?
— Франсес! — решил рискнуть Ледбиттер. Он хотел, чтобы имя как можно ближе напоминало фамилию Франклин.
— Франсес? — вопросительно протянула леди Франклин. — Подумать только, ведь это одно из моих имен, хотя меня так никто никогда не звал.
Интересно, стала ли благодаря этому совпадению жена водителя более реальной в ее глазах? Трудно сказать. Зато она сделалась гораздо более реальной в глазах Ледбиттера, так как у нее появилась еще одна общая черта с леди Франклин. Он вдруг испытал странное удовольствие, но, подумав, что леди Франклин может не понравиться, что жену какого-то шофера зовут так же, как и ее, он поспешно добавил:
— Вообще-то я не зову ее Франсес. Обратись я к ней так, она бы и не поняла, кого я имею в виду.
— А как же вы ее зовете?
— Кнопка.
Он выпалил это не задумываясь: именно так он окрестил свою бывшую любовницу: он говорил, что у нее нос кнопкой. Но не успел он закрыть рот, как пожалел о сказанном и насупился: это помешало ему продолжать отождествлять свою жену с леди Франклин. Затруднения тотчас же возникли и у леди Франклин: она не могла соединить два разных имени с образом одного человека.
— Ну, а как называет жена вас? — осведомилась она.
Как ни странно, но ответить на этот элементарный вопрос Ледбиттеру было не проще, чем на все предыдущие. Впрочем, может быть, слишком неожиданным оказался переход от вымысла к реальности.
— Вообще-то меня зовут Стивен, — сказал он, — но жена называет меня Стив. — «Так, начинается, сейчас леди Франклин скажет: «Ах, Стив, не могли бы вы на обратном пути завезти пакет «Маршаллу и Снелгроуву», это вам по дороге». Естественно, это будет совершенно не по дороге, придется сделать огромный крюк, но все равно деваться некуда. Но нет, Стивом его никто никогда не называл, и она не станет исключением».
— Ну а куда вы собираетесь определять сына? — осведомилась леди Франклин.
— Пойдет в армию, — отрезал Ледбиттер. — Все лучше, чем лоботрясничать да по улицам шататься за полночь, как эти типы в кожаных куртках.
Леди Франклин была полностью с ним согласна.
— Значит, вам не нравятся кожаные куртки?
— Пусть меня в ней положат в гроб, — фыркнул Ледбиттер.