Почти смешная история и другие истории для кино, театра стр. 125
зале, сзади Зои Павловны, кто-то знакомо хмыкнул. Наталья Степановна искренне огорчилась: — Надо же, новое платье! Вот халтурщики!
— Ну!.. — послышалось сзади, и Зоя Павловна поняла, что в зале Герман Сергеевич и что он реагирует на происходящее.
— Вы что же, товарищ режиссер… — Как положено начальству, директор появилась в зале в самый неподходящий момент. — Собираетесь оставить в спектакле вею эту порнографию с голой актрисой?
— Это поползло по шву! — устало объяснила Зоя Павловна.
— Если по шву, я спокойна! — дарственно кивнуло руководство и головой показало на Германа Сергеевича. — Почему это в зале посторонние? Спектакль еще не принят!
— Товарищ из Министерства культуры! — нашлась Зоя Павловна.
— Из министерства, ну? — и Герман Сергеевич строго поглядел на директора.
Во та не растерялась:
— Не остроумно! Я инстанции за версту чую! — И выплыла из зала.
— Зашейте платье! Перерыв! — объявила Зоя Павловна.
Герман Сергеевич не смотрел на Зою Павловну, он глядел на сцену, где Ломов, ловко орудуя иглой, зашивал платье на плече партнерши.
— Был дома разговор! — сообщил при этом Герман Сергеевич Зое Павловне, и та сразу вспомнила, что предсказывала Ириша!
— Конечно, иначе бы вы не знали, как меня найти. Но она ни в какую?
— Да!
— Что — да?
— Ни в какую, да!
— И она накинулась на вас, что вы посмели со мной познакомиться?
— Нет, — покачал головой Герман Сергеевич, — я сказал, что я из Министерства культуры!
Зоя Павловна не засмеялась, только лишь первый раз взглянула на Германа Сергеевича с любопытством.
— Значит, вы на моей стороне?
— Нет. Но я за честность.
— Если по-честному, она должна давать мне внука?
Герман Сергеевич кивнул.
— Почему стоим? — вдруг закричала Зоя Павловна. — Почему не работаем? Начали, явление шестое, где про собак…
— Зоя Павловна… — попробовал обратиться к ней Герман Сергеевич, но та оборвала его:
— Не сейчас!
— Поймите, что ваш Откатай подуздоват! — начал Ломов.
— Неправда! — возразила Наталья Степановна.
— Подуздоват!
— Вашего Угадая подстрелить пора, а вы сравниваете его
с Откатаем!
— Стоп! Стоп! — рассердилась Зоя Павловна, и Герман Сергеевич не понял почему. — Наташа, вы пропускаете главное — азарт, страсть!
И Зоя Павловна помчалась на сцену.
— Вася, попробуем со мной!
Теперь репетировали тот же отрывок, но в роли Натальи Степановны выступала сама Зоя Павловна. И оттого ли, что настроение было отчаянное, или от озорства, которое вдруг ее охватило, — озорство и тот самый азарт, и упрямство, — заиграла Зоя Павловна замечательно, и стала моложе, и красивее, и сцена пошла совсем по-иному, так что исполнительница, которую подменили, не обиделась, а вовсе захлопала и закричала:
— Зоя Павловна, браво!
А Герман Сергеевич тоже с изумлением смотрел на Зою Павловну, будто впервые видел.
Зоя Павловна перехватила этот взгляд, легко спустилась со сцены в зал и гордо, по-молодому спросила:
— Какая я актриса?
— Ну? — с искренним восхищением оценил Герман Сергеевич и продолжил: — Люкс!
Зоя Павловна удовлетворенно заметила:
— То-то! — и добавила: — Хотя актрисой никогда не была. Я институт кончала сто лет назад как режиссер народного театра.
И после короткой паузы Герман Сергеевич неожиданно для самого себя пообещал:
— Я еще раз с ней переговорю, попробую…
— Вот оно, влияние искусства! — улыбнулась ему Зоя Павловна и скомандовала: — Товарищи, начали! Наташенька, еще лучше, чем я, на чистом энтузиазме, поехали!
— Зоя Павловна… — начал