Библиотека

Почти смешная история и другие истории для кино, театра стр. 42

Размер шрифта
-
+
Тема

чары в нашей жизни? И к тому же пессимистический черный челн! Кому сегодня нужен черный челн, когда у нас есть белоснежные лайнеры! И называется как стыдно: «Челн томленья»!

— Постойте! — Полина Андреевна даже вскрикнула и с чувством начала читать:

«Вечер. Взморье. Вздохи ветра,

Величавый возглас волн.

Близко буря. В берег бьется

Чуждый чарам черный челн…»

Я тоже люблю эти стихи. Это Бальмонт!

— Ну и любите себе на здоровье, — учительница оставалась невозмутимой, — за вас я не отвечаю. Лично для меня Бальмонт — холодный эстет, далекий от надежд народа!

— Не сердитесь! — попросила мать. — Девочка музыкальная, она учится по классу скрипки, очевидно, ее привлекала музыка слов. Но я обязательно запру Бальмонта на ключ. А что ей вы рекомендуете читать?

— То, что предусмотрено программой для внеклассного чтения. Именно там можно найти любимые стихи!

И тут из коридора донесся отчаянный крик и визг. И учительница, и Полина Андреевна обе одновременно выскочили в коридор. На полу валялись Алла и Витя Викторов, который нещадно тузил девочку.

— Викторов! — приказала учительница. — Немедленно перестань бить Белоногову и встань с нее!

Послушный Викторов нехотя поднялся:

— А пусть Белоногова не обзывается!

— Как она обзывается? — голосом следователя спросила учительница.

— Что у меня все три родителя — алкоголики!

На улице из автомата Полина Андреевна позвонила на работу мужу:

— Вениамина Ивановича… Это жена говорит, здравствуйте!.. У замминистра?… А оттуда известий нет, как там проходит?… Ну ладно, я позже позвоню…

В овощном магазине народу было немного.

— Почему картошка мелкая? — Полина Андреевна была недовольна.

Продавщица ответила равнодушно:

— Студенческая… студенты копают… Я, что ли, картошку делаю? Нам какую завозят…

Полина Андреевна собралась было платить, но увидела, что кассирша куда-то ушла.

— Кассирша где?

— По телефону разговаривает… — тем же небрежным тоном бросила продавщица.

— Ну, знаете ли… — Полина Андреевна готова была вспылить.

— А вы-то знаете, почему она разговаривает? — уже с вызовом сказала продавщица. — Они с отпуска вернулись, с мужем, а сын в дверях в обнимку стоит с девицей. Не падайте, говорит, в обморок, папа и мама, это моя жена. А сыну-то шестнадцать!

— Где кассирша? — возмущенно крикнул кто-то.

— Несчастье у нее! — отозвалась Полина Андреевна и поторопила продавщицу: — Ну а дальше, дальше?

— Дальше у матери аллергия. По телу пошли лиловые треугольники.

— Ну уж и треугольники! — не поверила Полина Андреевна.

— Пусть не треугольники, пусть кружочки, от этого ей не легче.

— Где кассир, вечно шляются? — зашумел еще кто-то, и кто-то объяснил:

— Беда у нее.

— Какая еще беда?

— Какая у них бывает беда — проворовались, наверно… — ответила старушка.

— А у меня у приятельницы сын, — теперь уже Полина Андреевна рассказывала продавщице, — на двоих женился.

— Как это — на двоих? — переспросила продавщица.

— Одной в Калинине обещал, другой — в Клину. Обе приехали с чемоданами, одновременно.

— Ужас с этими детьми! — сказала продавщица. — У вас сколько?

— Двое.

— И у меня. Старший учиться не хочет. Ему только дискотека. Дайте-ка вашу авоську, я вам другой картошки насыплю, покрупнее… — шепотом добавила продавщица.

— Это, конечно, некрасиво… — вздохнула Полина Андреевна и… протянула авоську… — Четыре кило, больше тащить тяжело, но крупную легче чистить…

— Где продавец? — позвал кто-то

— Иду! — откликнулась продавщица. — Все спешат! Всем некогда.

Полина Андреевна отошла к кассе, кассирша уже вернулась:

— Ну, как

у вас

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.