Под кожей (СИ) стр. 39
сделать шаг и подойти к себе вплотную.
Я закрываю глаза, чувствуя теплое дыхание у себя на виске. Еще я чувствую запах мыла, которым он пользовался в душе совсем недавно, и этот аромат незнакомый.
В происходящем незнакомо все!
Этот запах, импульсы на коже в том месте, где Алиев щекочет мой висок дыханием и щетиной. Это в новинку, потому что Балашов выше Дениса примерно на полголовы, и подобные соприкосновения не были для нас обычным делом. Я привыкла к другим габаритам мужчины, к другому запаху, к другим точкам соприкосновения тел!
Денис делает глубокий вдох. Еще секунда, и его рука оборачивается вокруг моей талии. Легкое трение нашей одежды сменяется на тесный контакт, который заставляет меня сделать быстрый выдох и тут же вдохнуть снова.
Его тело твердое, как камень. Живот, грудь. Расслабленность оказалась напускной, потому что он напряжен. И рука, сжимающая мою талию, и его плечи. Контакт с его бедрами знакомыми ощущениями взрывает низ живота, соски под чашками корсета каменеют.
Мазнув губами по моей щеке, Алиев снова царапает кожу. Мне не хватает времени разобраться в том, приятно это или нет. Я не берусь разбираться ни в одном из своих ощущений, ведь прогулка его рта по моей скуле заканчивается тем, что он находит мои губы.
Это прикосновение такое же осторожное, как и предыдущие. Легкое касание, которое ударяет по нервам особенно сильно, ведь именно оно ярче всего раскрывает тот факт, что меня целует не Балашов…
Семь лет. Семь…
Я не помню никаких других губ, кроме губ своего мужа, хотя знала их когда-то. В юности. В студенчестве. И теперь.
Я впиваюсь пальцами в плечо Алиева. Выдыхаю, когда его губы отстраняются. Всего на миллиметр, но этого достаточно, чтобы подготовиться к новому раунду. Такому же рваному и напряженному, а вот третий…
Третий становится настоящим поцелуем.
Денис обнимает ладонью мой подбородок, давит губами и языком. Раскрывает мои губы, и после неловкого столкновения зубами, я пускаю его внутрь.
Со словом деликатность этот мужчина не знаком. По крайней мере не в части поцелуев. Он напористый, грубоватый, страстный!
Это дезориентирует и шокирует. Напор, воспламенение, которое чувствую в его теле, на кончике языка. Стихия, с которой я не знаю, как управляться, поэтому смотрю на него напряженно, когда отстраняется.
Мы шумно дышим. К моим щекам прилила кровь. Алиев смотрит исподлобья. Я чувствую, как стучит его сердце, а мой живот словно разрядом тока ударяет толчок эрекции. Вслед за ним, Денис разворачивает меня и прижимает своими бедрами к столешнице.
Его губы приоткрыты, взгляд сверлит.
У меня нет слов, они застряли в горле. Денис тоже на них не тратится, хотя возможно, я бы этого хотела. Услышать что-то, что выбило бы из меня гребаное напряжение, которое идет не от тела, а от моей головы! Вместо этого он снова целует. И снова горячо настолько, что от пожара у меня срабатывает сигнал тревоги.
Подхватив под бедра, он усаживает меня на столешницу. Разводит мои ноги, задирая вверх юбку. Его пальцы на бедрах оставляют горячие следы. Разорвав поцелуй, Алиев опускает лицо, и под его громкое дыхание я наблюдаю, как он расстегивает пуговицу моего пиджака.
— Уже два часа мечтаю это сделать… — сообщает, разводя в стороны