Под сенью каштанов стр. 147
ее туфли быстро промокли насквозь. Она вспомнила, как держала Мэйзи за руку, а дочка скакала рядом с ней. Броуди закрыла глаза и вновь ощутила прикосновение маленьких теплых пальчиков к своей ладони, услышала, как чистым ясным голоском Мэйзи задает самые важные для нее вопросы: «Мамочка, а почему солнце бывает не каждый день? Мамочка, а где находится рай? Ты правда меня любишь, мамочка?» А Броуди подхватывала ее на руки, прижимала к себе и говорила дочке, что она — самая любимая маленькая девочка во всем мире. Она вспомнила и то, как Мэйзи, уже почти совсем взрослая, сидела на качелях, улыбаясь во весь рот, полная жизни. «Здесь я планирую свое будущее», — как-то сказала она. Да уж, вряд ли она планировала стать наркоманкой.
Три недели назад звонила Карен Грант. Увы, сообщить ей было нечего: она пока что не смогла разыскать Мэйзи.
— Но я по-прежнему работаю над этим делом. Я свяжусь с вами, как только узнаю что-либо конкретное, — пообещала она.
Броуди присела на лавку. Лавка была мокрой, но женщина не обратила на это внимания. Она услышала, как скрипнула калитка, и в сад вошел Колин. Это зрелище так поразило Броуди, что она решила, будто ей все это снится.
Он сказал:
— Я так и думал, что найду тебя здесь, поэтому и не стал звонить в дверь.
— Зачем ты пришел? — немного оправившись от изумления, спросила Броуди. Ей по-прежнему казалось, будто она грезит наяву. Она заметила, что каштановые кудри Колина нуждаются в стрижке и что он надел неглаженый блейзер. Спереди на его джинсах красовались масляные пятна, и Броуди решила, что раз сегодня суббота, то он, должно быть, возился со своим «триумфом». Муж выглядел молодо, настолько молодо, что трудно было поверить в то, что он отец двоих взрослых детей. Она вдруг поняла, что по-прежнему любит его, несмотря ни на что, но между ними пролегла незримая пропасть, перешагнуть которую он не мог — или не хотел.
— Я приехал выкосить траву, — заявил Колин, чем снова поверг ее в изумление.
— Здесь нет газонокосилки. — То есть она была, но ручная и очень старая. Чтобы скосить ею траву, понадобилась бы целая неделя, и Броуди уже давно собиралась выбросить ее, но все как-то руки не доходили.
— Я привез нашу, из дому. Она лежит у меня в багажнике. — Колин пнул траву носком туфли. — Даже с такими зарослями это не займет много времени.
— Это очень мило с твоей стороны и… неожиданно, — пробормотала Броуди. Она наконец заметила, что ее юбка промокла насквозь и нижняя часть спины замерзла от сидения на влажных досках. — Но, по-моему, в этом нет никакой необходимости.
— Разумеется, есть, и еще какая, — грубовато ответил он. Пожалуй, Колин был уязвлен тем, что она не выказала ни малейшей благодарности. — Такое впечатление, что траву здесь не косили бог знает сколько лет. Вы что, собираетесь тут коров пасти? Ладно, пойду принесу газонокосилку.
Их газонокосилка работала на бензине. Броуди отродясь не могла запустить ее двигатель, не говоря уже о том, чтобы косить ею траву, зато у Колина не возникло ни малейших сложностей. Косилка вгрызалась в высокую траву, как нож в масло, оставляя после себя ярко-зеленую полосу. Броуди несколько минут понаблюдала за тем,
как