Под сенью каштанов стр. 197
нам сюда. И мы поженимся сразу же, как только мне исполнится шестнадцать.
Оказалось, что в этот день в жизни Ванессы произошли необратимые перемены. Ближе к вечеру, приняв душ и встав на весы, она вдруг обнаружила, что похудела на четыре фунта. До этого ее вес уменьшался очень незначительно, и только сейчас она добилась существенного и заметного прогресса.
А потом, когда Рэйчел сказала ей, что собирается спуститься в сад, чтобы посидеть там с малышкой, Ванесса вдруг заявила, что хочет составить ей компанию.
— Думаю, что одной из нас нужно все время находиться рядом с тобой, пока ты остаешься снаружи. — Это был неслыханно щедрый жест, к которым Ванесса прежде не проявляла склонности.
И впрямь, до сих пор у нее не возникало желания посидеть в саду ни с Дианой, ни с Броуди, хотя чудесная весенняя погода к тому располагала. Быть может, всему виной было ее стремление избегать общества своих соседок по несчастью, но тут Ванесса вдруг вспомнила о холстах и красках, приобретенных ею несколько недель назад в магазине Леонарда. Они так и валялись у нее под кроватью. Достав их оттуда, Ванесса вынесла все в сад. День выдался теплым, хотя и не таким солнечным, как вчера. По небу чередой бежали облака, время от времени надолго закрывая солнце.
Рэйчел уже была в саду. Она сидела, уткнувшись носом в книгу. Поппи крепко спала в своей коляске под большим тенистым деревом. Не исключено, что девочку не привлекала перспектива провести день в обществе женщины, которой уже исполнился тридцать один год. Но Рэйчел перестала вести себя, словно испуганный уязвимый ребенок, и стала больше походить на разумную и вменяемую, пусть и совсем молоденькую, мать.
Ванесса задумалась над тем, к чему же прислонить холст, площадь которого составляла примерно половину квадратного метра. Пожалуй, лучше всего для этой цели подошел бы мольберт, но она была не в настроении куда-то ехать и искать его. Обнаружив в сарае старую деревянную лестницу, Ванесса решила, что на первое время сойдет и так. Она установила лестницу под самым большим деревом, а на стул положила раскрытую коробочку с красками — двенадцать тюбиков разных цветов. Крышка заодно могла служить и палитрой, на которой Ванесса собиралась смешивать краски.
Итак, что же нарисовать? Сад был самым обыкновенным, хотя и очень большим, и крайне запущенным. Ванесса задумчиво жевала нижнюю губу, прищуренными глазами разглядывая окрестности: старые деревья, разросшиеся кусты, на которых уже раскрывались первые цветы, покосившийся сарай с оторванными досками, с крыши которого на нее лениво взирал толстый рыжий кот… За домом тянулась невысокая, но очень густая живая изгородь из лавровых кустов, а соседний сад отделяла осыпающаяся кирпичная стена.
Разумеется, был еще дом, построенный, пожалуй, никак не меньше ста лет назад, с серыми, поросшими мхом кирпичами и окнами от пола до потолка, сквозь которые были видны потертые ковры с темными пятнами. Ну и наконец, Рэйчел в синих джинсах и красной майке, сидевшая на лавке, и невидимая Ванессе малышка, которая сладко посапывала в коляске, укрывшись под ее складным верхом.
А еще у них над головами распахнулось огромное небо, великолепный и восхитительный ярко-синий зонтик с белыми пятнами стремительно бегущих куда-то облаков.
Есть! Ванессе хотелось рисовать все подряд. Нет,