Под сенью каштанов стр. 374
своих подопечных эмигрантах. Если не обращать внимания на то, что время от времени он впадал в отчаяние по пустякам, его можно было назвать очень хладнокровной личностью. Кроме того, Тинкер был умен, смешлив и обаятелен. Выйти за него замуж представлялось Диане куда более привлекательной перспективой, чем за бедного Лео, который был склонен воспринимать жизнь слишком уж серьезно. Диане все время казалось, что она ступает по раскаленным углям, пытаясь не оскорбить его чувств.
— Сейчас я дам тебе свою визитную карточку, — продолжал Тинкер, — а ты положи ее к себе в сумочку и все время носи с собой. И как только вы с Лео решите расстаться, сразу же позвони мне на мобильный, договорились? Пусть даже посреди ночи. В любое время, и я сразу же примчусь. — Тинкер протянул ей свою визитку. На ней значилось: «Энтони Тэйлор», а ниже были указаны адрес и телефон Иммиграционного центра, а также номер его мобильного. Диана на мгновение задумалась над тем, почему его прозвали Тинкер, ведь его фамилия была Тэйлор.
— Хорошо, — согласилась она, стараясь ничем не выдать своих чувств. — Я дам тебе знать. — Она не поняла, шутит он или нет, но надеялась, что не шутит.
Возвращаясь домой на поезде, Диана показала Меган крестильную сорочку, которую нашла в подвале.
— Посмотрите, какая прелесть! Натуральный шелк! Да, я знаю, она стала кремовой, но Роза уверена, что раньше она была белой. Она пообещала узнать, как и с чем ее можно выстирать, чтобы сорочка не полиняла еще больше и не села. И еще она говорит, что ее сшили не менее восьмидесяти лет назад.
— Сорочка и впрямь очень красивая, Диана. Ты выбрала ее для себя? — осведомилась Меган, бережно перебирая кружевную оторочку.
Диана взглянула на пожилую женщину с таким выражением, словно та сошла с ума.
— Это же крестильная сорочка. Мне она не подойдет, — фыркнула девушка.
— Ты глупая и вздорная девчонка! — в свою очередь вспылила Меган. — Я имею в виду, ты выбрала ее для себя, потому что беременна?
— Нет, нет, это для Мэйзи. Мне кажется, у нее совсем нет детской одежды. Как, по-вашему, сорочка ей понравится? — Задавая вопрос, Диана задумалась о том, а как бы она себя чувствовала, будучи беременной. Но для нее подобное состояние представлялось чем-то совершенно невозможным, поскольку она до сих пор оставалась девственницей.
— Может, и понравится. — Меган сильно сомневалась в том, что в данный момент ее внучке могло понравиться вообще хоть что-нибудь. Мэйзи прожила в «Каштанах» уже целую неделю, и единственным человеком, который мог хоть как-то с ней поладить, был ее отец. Учитывая обстоятельства,
в этом явно была горькая ирония. Или черный юмор, с какой стороны посмотреть. Броуди являла собой пример ангельского терпения и понимания в обращении с дочерью, но Мэйзи платила ей черной неблагодарностью и вела себя просто отвратительно, частенько переходя на ненормативную лексику.
— Это все наркотики, — только вчера горько заметила Броуди. — Она не понимает, что говорит.
— Нет, дорогуша, — возразила ей Меган. — Это не наркотики, а их отсутствие. У нее абстинентный синдром. Она уже была у врача?
— Мэйзи наотрез отказывается показаться врачу. — Судя по голосу, Броуди устала до смерти. — В любом случае, мам, ты-то откуда разбираешься в таких тонкостях?
— Я смотрю телевизор, как и