Поглощенные туманом стр. 108
на гнома из «Властелина колец», чем на человека, полицейский.
– Примите мои соболезнования, граф. Такая утрата, так жаль. Столь красивая молодая женщина. – «Гном» причмокивает губами и качает головой, словно говорит о невкусном десерте, а не о смерти человека.
Стефано равнодушно провожает его взглядом. Ника читает в глазах открытую усталость и обреченность. Будто внутри его крутится мясорубка, которая пожирает сердце.
– А вы – фотограф, которого наняла покойная графиня Карлини? – «Гном» тормозит перед носом Ники и смотрит на нее снизу вверх, но при этом делает важный вид, что это он выше всех.
– Да, я – Вероника Исаева.
– Занятно, занятно. А что вы скажете о Паоле Росси? Вы считаете, она хотела умереть?
Мысленно Ника морщится от бестактного вопроса полицейского, но внешне не позволяет дрогнуть и мускулу на лице:
– Считаю, что она хотела жить больше, чем кто‑либо из нас.
«Гном» некоторое время молчит, видимо, решая для себя, принять во внимание ответ Ники или нет, а после, бодро развернувшись на пятках, пружинистой походкой спешит к выходу:
– Я буду держать вас в курсе, граф! До встречи.
Входная дверь, которая до этого нервно дергалась на ветру, захлопывается за полицейским, и в холле повисает нервная тишина.
Ника не выдерживает первая и подбегает к Стефано, заключая его в неловкие объятия. Мужчина не сопротивляется. Молча утыкается лицом в ее макушку и тихо стонет:
– Я до сих пор не верю, что она мертва.
– Я тоже.
Ника никогда не умела утешать. Нужные слова потерялись, забылись, и все, что она может делать, это гладить Стефано по спине, напевая детскую колыбельную. Тихая, ласковая мелодия, идущая прямо из сердца, на короткое время и правда успокаивает мужчину, но залатать рану на его душе не способно даже время.
– Мне так жаль, – шепчет она.
Стефано поднимает лицо, и Ника чувствует его горячие губы, прерывистое дыхание. Объятия сжимаются, и она сама не понимает, как целует мужчину, а он ее, и они отчаянно пытаются забыться друг в друге. Трель мобильного вырывает их из водоворота чувств. Ника отшатывается и оттягивает водолазку, будто ее раздели и сейчас она пытается прикрыть наготу. В это время Стефано раздраженно говорит по смартфону:
– Что? Опять? Пропустите, – отрывисто отвечает он и сбрасывает вызов. – Охрана позвонила. Снова пришли из полиции. Не понимаю, сколько можно уже мучить. Я и Джианна рассказали все, что знали.
В дверь стучат. Стефано резко открывает ее и тут же отступает назад. Его брови вопросительно взлетают вверх. В замок входит мужчина в синем пиджаке и серо‑голубых брюках. В отличие от «гнома», этот напоминает старого, повидавшего жизнь орла. Длинный крючковатый нос, высокие скулы и цепкий взгляд следователя. Седые волосы зализаны назад.
– Следователь Жанкарло Гуазини, – скупо представляется он. – Граф Карлини, я так понимаю? – Его голос похож на дребезжание старого автомобиля.
– Да. – Стефано напрягается и не задает лишних вопросов.
Ника ощущает, как воздух наполняется электричеством. Невольно она отходит в глубь зала, потому что интуитивно чувствует – сейчас она лишняя.
– Я веду дело об Итальянском Потрошителе. Могу я задать вам несколько вопросов в связи с произошедшим прошлой ночью убийством?
– Убийством? Кто‑то еще умер? – Стефано бледнеет, но больше ничем не выдает волнение.
– К сожалению. Последней жертвой убийцы стала Фрэнка Аттвуд. Думаю,