Поглощенные туманом стр. 51
была напрасной.
– Он умер от туберкулеза, – сухо замечает Стефано.
– Но он бы никогда не заболел, если бы не искал. Сколько еще людей должно умереть, чтобы ты наконец поверил? – со слезами на глазах спрашивает Паола и поспешно уходит, не дожидаясь ответа.
На душе оседает невидимая тяжесть. Последние слова сестры звучат как обвинительный приговор. Но он ничего не может сделать. Он не верит. Потому что иначе его страхи – реальны. А этого Стефано не вынесет.
Он снова поворачивается к столу и находит среди бумаг коричневую, потертую от времени книгу. Раскрывает на середине и вчитывается в слова, обведенные карандашом:
«Я не успел выполнить завет ведьмы. Принести тринадцать жертв на тринадцатое число. И не заключил договор с дьяволом. Теперь до конца жизни меня будет мучить вопрос, на который я никогда не узнаю ответ. Смог бы я ее спасти?»Стефано смотрит в окно и щурится, фокусируясь на единственной мысли.
Узнаю ли я ответ. * * *Ночь подлетела незаметно. Погруженная в работу, Ника едва нашла время на ужин. И только потому, что голодный желудок напомнил о себе резкой болью.
Она ела в компании Паолы и не проронила и пяти слов. Все время смотрела на пустой стул Стефано, не решаясь спросить: где он? Сердце предательски тосковало.
А сейчас Ника стоит посреди темной комнаты, лестница из которой ведет в башню графа, и борется со своими желаниями. Пальцы отчаянно стискивают фонарь, одолженный у Люсы.
Надо работать.Но она продолжает стоять в одиночестве, не в силах сдвинуться с места. Даже гонорар, который предложила Паола за несколько снимков призраков, не может заставить Нику фотографировать.
Она насильно отводит взгляд от винтовых ступенек и выходит в наружный коридор. Холодный ветер норовит залезть под ветровку, и Ника выше застегивает молнию. Высоко в небе, там, где туман не достает, посреди черного полотна висит яркий полумесяц в окружении крохотных звезд. И он наполняет Нику вдохновением.
Медленно и натянуто работа начинает двигаться, но тревожные мысли не оставляют Нику в покое. Спустя полчаса ночных бдений она расстроенно вздыхает.
Я не могу насильно призвать духов.Касается ручки двери в галерею и заходит внутрь, освещая путь фонарем. После холода тепло проникает сквозь Нику, словно она бестелесная. Один из призраков, населяющих Кастелло ди Карлини. Луч фонаря выхватывает знакомые картины. Вот Джульетта с сестрой‑близняшкой. А это предок Стефано. Кажется, его звали Марко. Пронзительный взгляд мужчины в темноте галереи как будто наполняется свечением.
Ника продолжает рассматривать картины в узком туннеле света. Сердце стучит ровно, несмотря на густую тишину и одиночество. С усмешкой вспоминает ночь, проведенную на старом московском кладбище. Вот тогда было жутко. А сейчас ее окружают изображения покойных итальянцев и итальянок. Бояться нужно живых.
Снова подходит к портрету близняшек и подсвечивает лицо Джульетты.
Это был не сон.Ника давно поняла, но не смела признаться даже себе. Столько лет она сталкивалась с потусторонним миром, что теперь глупо отрицать очевидное. Ника побывала в прошлом. И оно что‑то пыталось ей сказать.
Чем дольше она смотрит на портрет, тем навязчивей становится тишина. По телу пробегает волна холодных мурашек, и тьма, к которой она раньше относилась как к другу, становится врагом. Дыхание учащается. Ника поспешно покидает