Погода стр. 52
смотреть на свет, можно было их увидеть.
Унитарианцы никогда не молятся, стоя на коленях. А я хочу помолиться именно так. Дома опускаюсь на колени у кровати. Произношу самую старую и эффективную молитву: Смилуйся, Боже.
* * *Иду в церковь с мамой. Неумело молю Господа дать мне силы и смирение. В окна льется солнечный свет. Вот они, эти пылинки, о которых я говорила. Скоро настанет пора пожать руки тем, кто рядом со мной, поговорить с ними. Но я не знаю, что у них на сердце. Один из вас меня предаст, думаю я. Но мама так счастлива, что я с ней пошла. Сидит рядом, совсем близко. Священник вещает о зримом и незримом мирах, но не объясняет, как отличить один от другого. Белый старик на соседнем ряду первым протягивает мне руку.
Мир вам.И вам. * * *Звонит Сильвия. Терпеливо выслушивает мой рассказ о мистиках. Она теперь живет там, где безграничный небосвод, это придает терпения.
В разных культурах существует идея завесы между мирами. Что будет, если ее пересечь? (Добро пожаловать, скажут папоротники. Мы вас ждали.)
«Разумеется, конец света все еще неминуем», – говорит Сильвия, вешает трубку и идет поливать огород.
* * *Если вам кажется, что вы заблудились, верьте указанному на карте. Не убеждайте себя, что то был пруд, а не озеро, что река на самом деле текла не на запад, а на восток. Помечайте тропу. Можно сделать отметки на деревьях.
Только бумажные бюллетени, только бумажные бюллетени, твердили все, но я вытягиваю из автомата последнюю карточку. Мы толпимся у входа в здание. Смелее, вперед, подбадриваю себя я.
Да? Следующий!Что…Какой у вас вопрос?Говорят, заблудившиеся впадают в транс и могут не заметить поисковый отряд, что проходит мимо. Может, я вас видела. Может, вы прошли мимо меня на моей улице. Как я узнала, что это были вы? Вы сказали бы: верь мне.
* * *Иду домой. Ветер разметал газеты по тротуару. На крыльце спит бездомный; подходит второй и сворачивается калачиком у его ног.
Паломник спросил у монахов с горы Афон: а чем вы весь день занимаетесь? «Мы умерли и теперь любим все вокруг», – ответили они.
* * *Мы так и не поняли, прежняя это мышь или новая. В этом главный недостаток гуманной мышеловки, говорит сестра Бена. Некоторые помечают мышей краской. Так их не спутаешь. Но они еще до такого не дошли. Мы присматриваем за их домом, пока они в отъезде. Бен берет мышей на себя. Мышеловка захлопывается, а потом он их отпускает. Уже третью ночь подряд. Слышим, как мышь трепыхается в мышеловке. Бен поднимается, надевает обувь, позволяет себе недовольный вздох. Я крепче укутываюсь одеялом, а он кладет мышеловку на пассажирское сиденье и отъезжает на милю от дома по грунтовой дороге на большое поле. Ему неловко. Как-никак, он едет в машине со своей пленницей. Дорогу освещает лунный свет. Никто не издает ни звука.
По ночам скрипят половицы. Генри наверху ходит взад-вперед. Пытается довести себя до изнеможения, а может, не себя, а Айрис. Ну и ладно, главное, чтобы никто не плакал. Недавно он получил значок: полгода без наркотиков. Он и раньше получал такие значки, но