Покой нам только снится стр. 122
год, сейчас снял квартиру на улице Глинки, недалеко от работы. А ты как в партию вступил-то? Тебе лет сколько, я подзабыл?
— Двадцать весной будет. Сам от бати про тебя только вчера услышал. Знал бы, что ты тут, давно бы в гости заехал. Помню я тебя, хоть и виделись мы всего один раз в жизни, — сказал я, многозначительно потерев нос.
Родственник никак на это не отреагировал. Может, забыл? Реально давно дело было.
Пашка выше меня ростом. Я, кстати, измерил свой рост, когда на даче у Власова отдыхал (там мед кабинет имеется!). Так вот, несмотря на свои девятнадцать лет, я расту. Сейчас во мне сто восемьдесят сантиметров роста и шестьдесят пять кило веса. А дядя Паша выше на полголовы и крупнее — отцовы гены.
— Замом на комиссию по выезду ко мне пойдёшь? — перешёл я к делу, после сорокаминутного общения с родственником.
— Да как? Кто меня утвердит? — поразился тот.
— Бюро утвердит, а как — это уже моя забота!
— Боюсь, не потяну, — произнёс дядька после двух минут раздумий.
— А я потяну? Ведь и у меня новая должность. Вместе бояться будем!
Что утвердят, я знал точно, так как с утра, после бюро, Шенин мне шепнул:
— Возьми хоть кого-нибудь. Не зайдет — сменим!
А Шенин сейчас в крае — царь и бог.
Короче, повел я к первому знакомить своего нового зама. Тот, как и я, впечатлился размерами Павла, но промолчал. Возражать, как и обещал, не стал и дал команду кадрам готовить перевод сотрудника из Берёзовского райкома в крайком.
— Завтра на бюро порешаем. Как у тебя с жильём? — спросил он Пашку.
— Снимаю на том берегу. Но автобусы ходят, — Пашке и в голову не пришло воспользоваться моментом и что-то попросить для себя, и так ему дали, по его мнению, выше крыши.
— До марта потерпи, там выделим тебе служебное жильё.
Про наше родство я велел помалкивать. Кому надо — раскопают. С другой стороны, двоюродный дядя — не бог весть какая родня.
— Давай на выходные посидим где-нибудь, отметим нашу встречу и моё назначение? — предлагает мой новый зам. — Проставлюсь.
Я не против.
— Анатолий Валерьевич, к вам тут подполковник Марусенко. По личному, — внезапно в кабинет ворвалась Машка.
Вот коза! Надо с ней поговорить, чтобы не входила без приглашения. Или не надо? Всё равно ведь увольняется.
— Товарищ генерал просил вам передать, — четко, по уставному, отрапортовал Марусенко, который вроде является замполитом в городском УВД, и передал мне небольшую картонную коробочку непонятного содержимого.
Открываю, а там деньги. Вижу, что мои, из кассы видеосалона — потрепанные пятёрки и трёшки, а не новенькие четвертаки, которые мне утром пытался сунуть генерал.
— И кто там такой наглый был? — стало интересно мне, а подпол явно в курсе.
— Якобы сдать не успели. Разбирательство ещё идёт, вам доложат. Разрешите идти?
Подпол тянется перед пацаном. Но тут понимать надо — у ментов косяк передо мной, и приличный. Тем не менее, обострять не хочу. Буду выглядеть склочником… Да и не это главное — не хочу, чтобы про меня языки трепали. Пашка впечатлён ещё раз, но спросить, почему мне от генерала принесли пачку денег, постеснялся. Может сказать? А то надумает себе бог знает что? Хотя рано — родня родней, а к человеку надо приглядеться сначала.
До конца дня много дел переделал.