Покойся с миром стр. 66
добрался до двери своей камеры, миновал ее и вошел в комнату, забитую старой мебелью: комодами, кроватями, стульями, от которых пахло плесенью, пылью и мочой. В дальней стене этой комнаты я увидел два не закрытых решетками окна.
Ни одно не было запертым, но оба от времени приросли к раме намертво. Все же одно из них мне удалось сдвинуть с места и приподнять на несколько дюймов, но затем я вынужден был остановиться, чтобы не шуметь. Под окном я увидел кусты и склон, который уходил на шесть или восемь футов вниз.
Несомненно, где-то здесь был и запасной выход из здания, но я не сомневался, что он заперт или охраняется. Я понятия не имел о схеме расположения помещений в здании, поэтому рисковал бы ничуть не меньше, попытавшись выполнить в задней части то, что планировал выполнить в передней. Мне хотелось взять Марию с собой, но пока приходилось довольствоваться тем, что в случае удачного побега я смету связаться с нашими посольствами и поставить их в известность о том, в какой ситуации мы с Марией оказались.
Я снова занялся рамой, и удалось поднять ее дюймов на восемь, прежде чем она застряла. Тогда я начал расшатывать ее из стороны в сторону, поднимая вверх не больше чем на одну восьмую дюйма при каждой попытке. Запах растений с улицы показался мне исключительно приятным. Да и сам ночной воздух был прохладным и восхитительным на вкус.
Открыв окно, я надел туфли и выскользнул наружу. Завис на мгновение, держась одними руками, потом рухнул на землю.
Кусты были густыми и довольно колючими, но мне удалось, пригнувшись, продраться сквозь них. Я отошел от здания и, обойдя его, подошел к нему сзади. Мне хотелось лучше понять, на что оно было похоже.
Увидел заднюю дверь, которая, естественно, оказалась надежно запертой. Прошел дальше, нашел окно собственной камеры. Подошел ближе. В камере было темно. Отлично. Отсчитал окна и нашел то, которое, по моему мнению, находилось в камере Марии. Бросил камешек в комнату.
Подождав, бросил еще один.
После шестого камешка услышал слабый шум, и темная фигура появилась за решетками. Я долго изучал ее, сохраняя тишину, пока не убедился в правильности своего предположения.
— Мария? — прошептал я.
— Овидий?
— Да. Ты в порядке?
— Да, почти, но мне пришлось кое-что рассказать.
— Не волнуйся, рассказывай что угодно, лишь бы они были довольны.
— Но они спрашивают о том, чего мы не знаем.
— Продолжай говорить то, что они хотят услышать, и не переставай настаивать на встрече с послом Италии. Я позвоню в посольство, как только найду телефон.
А пока попытаюсь угнать машину.
— Ты убил охранника или взломал замок?
— Замок.
— О!
— Что такое?
— Я надеялась, что ты разобрался с усатым коротышкой.
— Я еще вернусь, — пообещал я, — и он свое получит. А пока — держись. Постарайся как можно чаще делать вид, что теряешь сознание.
— Уже делаю. Будь осторожен, Овидий.
— Буду. Пока, Мария.
— До свидания, Овидий.
Я отошел от окна ее камеры и вернулся к фасаду здания, крепко сжимая в кулаке металлическую трубу. Даже начал надеяться, что кого-нибудь тресну ею по голове.
На мне по-прежнему болтался пояс для денег. Странно, но никто не удосужился его снять. Все было бы гораздо