Политическая история Первой мировой стр. 371
фрейкора.
В районе Шауляя стояла «Железная дивизия» майора Бишофа, на Ригу наступал генерал-майор граф фон дер Гольц. Германские войска ещё держались на Украине, хотя оттуда их выметала уже не только русская, но и германская революция.
Восточные войска капитулировавшей Германии серьёзно помогали Антанте в её интервенции против России. При попустительстве Антанты они подавили Советскую власть в Прибалтике и нависали над Петроградом.
В Париже готовился Версальский договор, а немецкая Пограничная стража служила интересам как держав-победительниц, так и будущим планам аннексии Прибалтики Германией.
Верховное командование, то есть Гинденбург и генерал Гренер, даже рассчитывало на крупные операции против Советской России в союзе с Антантой. Однако на самом деле немцы уже были неспособны на масштабные военные действия, а Антанта склонялась к мысли о временном выключении Германии из европейского силового «расклада». Использование германских войск против России могло оказаться тушением пожара керосином.
Да и объективно потенциал Германии как душителя русской революции был сомнителен. Пока существовал Рейх, большевиков обвиняли в том, что они-де послушно выполняют указания из Берлина в обмен на то, что Германия устраняется от вмешательства в русские дела. В действительности Германия вмешивалась в той мере, в какой была на это способна, но не более того, насколько была способна.
Случались и курьёзы…
В предисловии 90-х годов к статье эмигранта Мельгунова «Приоткрывающаяся завеса» некто С. Н. Дмитриев сообщал, что 21 июля 1918 года «германская комиссия № 4, допущенная на основании Брестского договора правительством Советской Федеративной Республики» под командой лейтенанта Балка пленила-де в Ярославле участников антисоветского мятежа, организованного Савинковым.
По Дмитриеву, ссылавшемуся на «Красную книгу ВЧК», выходило, что с благословения Совнаркома воины Балка распоряжались в Ярославле прямо как в Фатерлянде, а Балк даже якобы выпускал приказы «Гражданскому населению города Ярославля»… Но Дмитриев просто вырвал пяток строк из многостраничного отчёта ВЧК, дающего картину, конечно, иную…
6 июля 1918 года Ярославль был захвачен врасплох мятежом эсеров и белогвардейцев… Начались аресты и расстрелы. А через неделю к Ярославлю подтянулись советские пехотные части, броневики, бронепоезд, артиллерия… Город был окружён.
Прошла ещё неделя… И, оказавшись в положении безнадёжном, мятежники нашли «выход» в том, что… объявили себя в состоянии войны с Германией (!), а потом, заявив, что «для них ясна безуспешность дальнейшей борьбы (борьбы, конечно, с Германией, стакнувшейся с проклятыми Советами. – С. К.)», «сдались германской армии» в лице представителя комиссии военнопленных лейтенанта Балка.
Балк «потешную» «капитуляцию» принял, издал комично-высокопарный «приказ», а наскоро вооружённые самими же мятежниками германские пленные заперли сдавшийся штаб в здании театра и окружили его своим караулом.
Как видим, Балк помог не Советской власти, а её врагам. Конечно, провокация эсеров имела две цели: спастись самим и попытаться создать конфликт, осложняющий наши отношения с немцами. Но вся эта трагикомическая история кончилась просто: Чрезвычайный штаб Ярославского фронта вступил с Балком в недолгие переговоры, в результате которых, как сообщал отчёт ВЧК, «австро-германские пленные сложили оружие, и театр со штабом белогвардейцев очутился в наших руках».
А вот что писал летом 1918 года в докладной записке на имя кайзера якобы «покровитель» Ленина генерал Людендорф: «Если мы не предпримем наступления (на Россию. – С. К.), то обстановка останется неясной. Мы, возможно, нанесём большевикам смертельный удар и укрепим наше внутриполитическое положение».
Просто