Библиотека

Политическая история Первой мировой стр. 369

Размер шрифта
-
+
Тема

Вильсон, например, высокопарно декламировал, как лекцию читал: «Пелена недоверия и интриг спала. Люди смотрят друг другу в лицо и говорят: мы – братья, и у нас общая цель. Мы раньше не сознавали этого, но сейчас мы отдали себе в этом отчёт. И вот наш договор братства и дружбы».

Даже сама манера выражаться была у Вильсона (или у его спичрайтеров) отвратительно лицемерной… Подобным же – фальшиво красноречивым – лицемерием отличался, надо сказать, и Черчилль…

Да и он ли один?!

Но всё определяли не слова, а та реальность, которая сложилась на планете к концу января 1919 года.

ВОЙНА в Европе закончилась. Но

далеко не везде и не для всех. Полностью к мирной жизни не вернулся в 1919 году ещё ни один крупный участник войны. По новой Советской России – на Урале, в Поволжье, в Сибири – катилась волна мятежа белочешского корпуса, взбодрённого долларами, франками и фунтами… В мае 1918 года мятежные эшелоны вытянулись на тысячи километров от Волги до Байкала и дальше – к Тихому океану. С их одновременного выступления и началась большая гражданская война…

В полной силе был пока что «Верховный правитель» Колчак – креатура английской разведки и американских покровителей. Колчак свёл знакомство с янки летом 1917 года, во время приезда в Россию миссии Элиху Рута, и именно янки вывели адмирала на авансцену…

Чехи, американцы, японцы оккупировали Владивосток и Дальний Восток… В военном отношении особенно активны были японцы, однако Америка рассчитывала взять своё в будущем: местная буржуазия была склонна к американскому патронажу.

В Архангельске и Мурманске высадились англичане. Они же оккупировали Баку…

Поддержанный Антантой, собирал Вооружённые Силы Юга России генерал Деникин…

Батька Махно бил то «белых», то «красных», то своих… «Возвращаясь из Бердянска, – рассказывал он своему начальнику штаба, бывшему железнодорожному машинисту Белашу, – расстрелял коменданта станции Верхний Токмак. Сволочь такая, парень был хороший, помнишь, мы по занятии Бердянска назначили его комендантом. Теперь вывесил плакат: «Бей жидов, спасай революцию, да здравствует батько Махно!». Я его коцнул…»

Да, на Юге России всё перемешалось особенно круто и темпераментно. В Одессе дымила трубами англо-французская эскадра, и Григорий Котовский проводил свои одесские операции то во френче французского офицера, то во фраке «сбежавшего от большевиков» негоцианта. У маленькой же Жанны Лябурб, работавшей среди французских моряков, была одна неизменная форма – очарование француженки и опыт революционерки. Контрразведка интервентов арестовала её, и Жанну расстреляли, однако французская эскадра вскоре из Одессы ушла, «республиканский» трёхцветный флаг над военными судами всё более заливал один цвет – красный, и французы убрались от греха, от этой сумасшедшей России подальше…

Приходили оперативные сводки с фронтов Венгерской Советской Республики: «Красная Армия Советской Венгрии заняла линию фронта на румынском участке: Берек, Миносликола – Фальва, Антафальва, но отошли из железнодорожного узла Фюлес. На чехословацком фронте наши атаки продолжаются».

Германию тоже будоражили перестрелки по всей территории – от Киля до Мюнхена. Правительственные войска генерала Леки обстреливали революционных моряков. В Берлине зверствовали отряды военного комиссара правительства социал-демократа Густава Носке, который сдавшихся в плен рабочих просто расстреливал, публично заявляя: «Должен же кто-то стать кровавой собакой». Это как раз подчинённые ему офицеры штаба кавалерийской дивизии за три дня до начала Парижской «мирной» конференции

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.