Библиотека

Полководцы Древней Руси стр. 1041

Размер шрифта
-
+
Тема

и нынче эта былая поддержка уже оборачивается не против Святополка, а против него самого — владыки Киева. Около Мстислава увиваются латиняне, а это значит, что начнут рушиться древние устои и новые западные ветры задуют в новгородские паруса.

На берегах Варяжского моря забеспокоилась чудь, не желающая более платить даней. Волжские булгары, пользуясь молодостью и неопытностью сына Юрия, начинают тревожить границы Ростово-Суздальского княжества. Дерзко ведет себя Глеб Всеславич Минский. По городам на епископских кафедрах сидят еще люди Святополка, от них расходятся по приходам ядовитые словеса, их надо заменять своими людьми, ну, скажем, игуменом Даниилом, большим грамотеем, который прошел с ним весь поход

1111 года и составил о нем складное повествование.

С юга доносили о том, что вновь ожила половецкая степь, вновь роятся донские половцы и сносятся с приднепровскими людьми Боняка. А это означало, что нельзя ждать их новых выходов и нужно самому осуществлять поход в степь, идти на поиск половецких станов.

В Придунавье его зять Леон Диоген продолжает собирать людей для борьбы с императором Алексеем Комнином, и надо думать: помогать ли ему в этой борьбе, настало ли время идти по следам Святослава Старого и внедряться па западном побережье Русского моря? Ляхи и угры постоянно сносятся с Ярославом Святополчичем, и перемышльский князь Володарь, сват Мономаха, чуть не ежедневно шлет гонцов с тревожными вестями. Если Ярослав захватит Перемышль и Теребовль, подчинит себе червенские города, его сила возрастет чрезвычайно, и тогда Волынская земля отложится от Киева вместе с торговыми путями в западные страны, с ценной галичской солью. Над Русской землей вновь вставала грозная тень междоусобий и нашествий.

И скакали гонцы с наказами сыновьям, отправлялись на юг и на север тайные лазутчики, назначалось купеческим караванам доподлинно узнать половецкие замыслы, посылалась казна Леону Диогеновичу в Придунавье на наем войска.

Но прежде всего нужно было вновь и вновь ковать единство Русской земли, сплачивать основные силы — Всеволодов дом, Святославичей, Новгород, Печерский монастырь, митрополичью кафедру, а там уже к этому мощному ядру присовокуплять других бояр, дружинников, купцов и всяких иных людей. Мятеж 1113 года еще раз показал Мономаху, что опора только на верхушку, полное забвение нужд уных грозит тяжкими бедами для всех смысленых людей.

И как всегда бывало в таких случаях, прежде всего Мономах обратился к именам страстотерпцев Бориса и Глеба. Сколько уже раз действо, связанное с их мощами, способствовало решению больших мирских дел, и кто из князей не пытался использовать имена убитых братьев в своих интересах.

Теперь, посоветовавшись с митрополитом Никифором, Святославичами, другими князьями, Мономах решил торжественно и всенародно перенести мощи Бориса и Глеба из уже ветхой деревянной вышгородской церкви в новый каменный храм их имени в том же Вышгороде.

В конце апреля в Киев съехались владыки со всей Руси. Были здесь стольные князья, Давыд и Олег Святославичи, их сыновья, владеющие черниговскими городами; сыновья Мономаха, епископы Феоктист Черниговский, Лазарь Переяславский, Даниил Юрьевский, которого недавно Мономах посадил в этом городе; игумены Прохор Печерский и Сильвестр Выдубицкий, прочие отцы церкви.

1 мая 1115 года при великом скоплении народа было освящение храма, а 2 мая в день Бориса и Глеба — перенесение их мощей.

Мономах шел первым за ракой сначала Бориса,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.