Библиотека

Полнолуние стр. 239

Размер шрифта
-
+
Тема

говорил, что я сам изобрел Учителя?

– Сначала он не имел имени. Ты придумал сильное и беспощадное существо в целях самозащиты. Помнишь ночь, которую провел в пропахшем мочой и хлоркой туалете детского дома?

– Да. Помню.

Поэт почувствовал, что стремительно уменьшается в росте и понял, что превратился в мальчика. Мальчика прижавшегося спиной к холодным кафельным плитам. В темноте подобно трем бледным лунам белели лица трех подростков. Один из них скривил тонкие губы в улыбке вампира.

– Маленький педик! Ты не хотел застилать мою постель, но сделаешь это. Все равно сделаешь, позже… А сейчас возьмешь в рот мой волосатый леденец и будешь сосать до тех пор, пока я не прикажу тебе остановиться. Тоже самое ты проделаешь с конфетками моих друзей. Готовьтесь получить удовольствие, мальчики!

Парочка шестерок злорадно захохотала над веселой шуткой босса, а тот расстегнул ширинку.

– На колени, любитель горячих вафель!

Несчастный мальчишка не слушал своего палача. Он горячо и неистово молился. Сначала Богу, а затем дьяволу. Оба правителя мира молчали. На их помощь рассчитывать не приходилось и тогда на полную мощность заработало детское подсознание. Многочисленные перенесенные психические травмы создали в мозгу мальчика некое подобие темного колодца. На его дне зарождались и копошились разные чудовища, которые, подрастая, выбирались на поверхность и становились причиной ночных кошмаров.

Усилием воли подросток попытался создать одно из таких монстров и к своему удивлению почувствовал, как где-то внутри зашевелилось, что-то скользкое и холодное.

Ряды кабинок с обшарпанными унитазами и лица мучителей уплыли куда-то в сторону. Вместо них мальчик увидел длинный тоннель, в конце которого яростно полыхал багровый свет, на фоне которого отчетливо вырисовывался силуэт вызванного из бездны чудища.

– Я пришел! – пророкотал хриплый бас. – И готов тебя защитить!

Мальчик бросился навстречу спасителю и… вновь оказался в туалете. Он стоял на коленях и видел в нескольких сантиметрах от своего лица уродливую бледную сосиску.

Думая, что по-прежнему имеет дело с безответным пацаном, насильник прошипел:

– Торопись, если не хочешь, чтобы с тобой сотворили кое-что похуже!

Шипение сменилось воплем, в котором смешались боль и удивление. Не разжимая ладонь, тисками сжавшую член мучителя, подросток поднялся с колен.

– Сейчас я с корнем вырву твое хозяйство и запихну его тебе в рот! Веришь мне?

Наполненные слезами глаза заправилы детдомовских хулиганов встретились с глазами сироты, которые выглядели, как озера, покрытые тонкой коркой льда.

– В-верю…

Лента воспоминаний оборвалась. Поэт вздохнул.

– Так это он? Тот самый, что защитил меня тогда?

– Он. Только подросший и возмужавший. Теперь его зовут Учителем и ему нравится это имя.

– А кто же тогда ты?

– У меня нет имени. Достаточно и того, что я желаю тебе добра. Разве этого мало?

– Кажется, начинаю понимать. Ты, я и Учитель – одно целое?

– Наконец-то! – в голосе отчетливо читалось удовлетворение. – Мы – одно целое и во имя общего блага должны сотрудничать. Позови-ка нашего третьего дружка. В конце концов, он заварил всю эту кашу, так пусть и расхлебывает вместе с нами.

– Позвать? И он меня послушается?

– Теперь, когда тебе все известно, ему нет смысла ныкаться по углам. Эй, гроза пенсионерок, ты где?

Никто не ответил, но поэт почувствовал присутствие новой сущности. Кто-то темный и враждебный не спешил подключаться к разговору, а, затаившись

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.