Полнолуние стр. 240
где-то совсем рядом, выжидал и оценивал.
– Я знаю, что ты здесь, – робко пролепетал сочинитель. – Пора покончить с убийствами и решить, как жить дальше.
– Я здесь, – хриплый, будто сорванный от крика голос заполнил голову и отразился эхом от сводов черепа. – Я пришел, чтобы помочь.
– Дождешься от тебя помощи! – скептическое «я» Поэта, хмыкнуло. – Имей в виду, что молотком проблемы не решить, нужные другие методы.
– Существует бесконечное множество решений, – заявил Учитель. – Даже такое тупое создание, как змея сбрасывает с себя кожу, а вместе с ней – ответственность за прошлые грехи. А мы, мыслящие существа и должны гордиться этим!
– Гордиться будешь потом, а насчет избавления от груза старых грехов… Идея, сама по себе неплоха и требует только доработки, – согласился насмешник.
– Какая идея? Какие грехи? – занервничал Поэт. – Перестаньте говорить притчами и загадками!
– Не бойся притч, любимец муз, – властно заявил Учитель. – Слушай нас внимательно.
Совещание трех ипостасей, живших в одном теле, длилось до самого утра. В конце концов, договоренность была достигнута. Эра расслоения личности ушла в прошлое. Пробил час объединения, а главнокомандующим сводного войска был единогласно избран не Учитель, а талантливый тактик и стратег, который предпочитал не называть своего имени.
Общение сразу с двумя внутренними «я» лишило Поэта последних сил. Он лег на пол и закрыл
глаза, отдавая свое тело в полное распоряжение тех, кто точно знал, что следует делать.
Дыхание его стало прерывистым. Поэт почувствовал, что в кожу вонзается множество невидимых острых игл.
– Рождение всегда сопровождается муками! – голос Учителя был подозрительно заботливым.
* * *– А солнце красит нежным цветом, стены древнего кремля, а просыпается с рассветом вся советская земля!
Утро Иван встретил в хорошем настроении и, бреясь в ванной, даже напевал, что случалось с ним довольно редко. Он уже не беспокоился о Божко, все обвинения с которого будут сняты меньше чем через час. В конце концов, Артем просто спрятался, а вовсе не улетел на другую планету. Заявится, дружок, никуда не денется и сразу забудет о том, что кое-кому пришлось попеть над его реабилитацией.
Платов представил себе, с каким пылом Артем возьмется за поиски маньяка и мысленно посочувствовал Учителю.
Лепешева Иван застал в кабинете. Тот как раз собирался к экспертам. Следователь кивнул капитану.
– Хочешь участвовать в финале? Я мигом!
Вернулся Анатолий далеко не в праздничном настроении.
– Твою мать! – он швырнул свою кожаную папку на стол с такой меткостью, что ухитрился сбить пластмассовый стаканчик с письменными принадлежностями. – Кто бы мог подумать? Твою мать!
– Эксперты тормозят?
– Нет, они-то как раз все сделали!
– Тогда в чем проблема? Приказывай тащить Гладуна из камеры!
– Прикажу, будь спокоен. Его отпускать надо.
– Как отпускать?
– Как обычно! На все четыре стороны! Папиллярные линии нашего дорогого Матвея не имеют ничего общего с отпечатками пальцев снятыми на местах преступлений Учителя. Чист инспектор, как стеклышко чист! Может и дальше вести социальную защиту населения.
– Быть такого не может! Эксперты ошиблись!
– Если бы! Два раза проверяли…
– Тогда надо показать фотографию Гладуна той женщине…
– Ничего ей уже не покажешь! – следователь присел на корточки и принялся подбирать рассыпанные по полу ручки. – Звонил я в больницу. Умерла она. Ночью еще умерла.
– Что за хрень? – всплеснул руками Платов. – Значит все-таки Артем?
– Я