Поросенок стр. 3
два желания загадать должен? Подскажем ему эти желания, чтобы исполнить их было невозможно.
Инженер махнул рукой.
— Да царь не согласится на твои желания, ему бы золота побольше, а остальное — ерунда, чтоб он лопнул!
— А принцесса?
— При чем здесь принцесса?
— Так ведь ее замуж выдают! Значит она имеет право хотя бы на одно из желаний.
— А она согласится?
— Согласится, — уверенно заявил Сократов.
Закипевший самовар заявил о своих претензиях громким свистком. Философ налил чай себе и Сильвуплюеву. Инженер задумчиво ковырял пальцем в носу. План Сократова ему понравился. В том, что принцесса согласится, он не сомневался, ибо всем было известно, что она тайно влюблена в философа, который пленил ее своими хитроумными проделками, насмешками над придворными и над самим царем и, вообще, своим веселым нравом. Да, своими мудрыми речами философ Сократов умел зажигать огонь любви в женских сердцах.
— А что загадаем?
— Я подумаю, — сказал Сократов и с хлюпом отхлебнул из блюдечка первоклассный грузинский чай.
Вторым желанием царя был новый золотой дворец. Царь, весьма довольный собой и будущим зятем, главный министр, надутый как ишак, Вениамин и Федя, разодетые в сверкающие золотом одежды и уверенные в успехе, восхищенные придворные бродили по дворцу и хором хвалили все подряд, даже золотой унитаз в сортире. Царь уже приготовился высказать третье желание, наверно, не менее умное, чем два предыдущих, когда в покои ворвалась принцесса в сопровождении философа Сократова.
— Не волнуйся, Маруся, — говорил Сократов.
Принцесса подошла к почтительно расступившимся придворным, топнула ногой и заявила:
— Что ж это вы, батюшка, меня замуж выдаете, а желания свои загадываете?
— Молчи, оглобля! Для тебя же стараюсь. Жених видный, богатый, мастер на все руки…
Вениамин приосанился.
Мария презрительно глянула на его сладкую самодовольную рожу, потом на ухмыляющегося Сократова и сказала:
— На кой черт он мне сдался? Я желание хочу!
Были крики, слезы, уговоры. Своей любимой дочери царь отказать не мог, и через пять дней было решено, что желание загадает принцесса.
В ожидании желания царь собрал государственную думу, чтобы после исполнения, не откладывая в долгий ящик, сразу объявить о помолвке. Бородатые бояре в шубах сидели по лавкам, потели, пукали и, рассказывая друг другу не менее бородатые похабные анекдоты, ржали и ждали принцессу.
Но вместо нее пришли Сократов и Сильвуплюев. Философ достал огромный свиток с печатью принцессы в левом нижнем углу и зачитал:
— Ее высочество принцесса желает, чтобы ее желание загадали мы: философ Сократов, то есть я, и инженер Сильвуплюев, то есть он.
Философ показал на Сильвуплюева.
— Мы согласны, — сказал Федя.
— Мы тоже, — согласился царь, которого перекосило
при виде инженера.
— Прекрасно! — Сократов принял позу Наполеона и замогильным голосом произнес:
— Пусть этот Свиньин и этот его денщик убираются ко всем чертям, и чтоб мы их здесь больше никогда не видели. Таково желание ее высочества.
Воцарилась тишина.
— Так нельзя, — наконец сказал царь. — Ежели он исполнит желание и уберется, как он женится на нашей дочери? А ежели не исполнит, то тоже не женится? Нет, такое желание нам не подходит!
— Не подходит! — подхватил Федя.
Вениамин беспокойно хрюкнул.
— Что значит «не подходит»! — заорал Сократов, засучивая рукава. — Вы что, на рынке? Уговор дороже денег! Либо исполняй, либо не исполняй и в любом случае