Портфель капитана Румба стр. 53
ящеров. Говорят, их родственники до сих пор водятся на острове Комодо, но больше нигде на Земле теперь таких животных не осталось…
– Ты не бойся, – успокоил Туги, – нямма-лопаи ночью спят, да и вообще они от людей держатся подальше.
Но у Гвоздика все равно по коже бегали колючие шарики…
Долго шли гуськом по душным зарослям, в которых пахло сладкими соками и душистым цветком "кикито". Лианы хватали живыми щупальцами за плечи, за локти, за ноги. Твердые жесткие листья хлопали по ушам. Луна запускала в чащу тонкие прямые пальцы и, казалось, тоже хотела схватить мальчишек. Иногда насмешливо кричала в чаще ночная птица Куау.
У Гвоздика просто душа замирала и таяла – так было замечательно, страшно и любопытно…
В конце концов Туги вывел всех на обширную поляну, озаренную белой луной. Посреди поляны темнело плоское строение из каменных плит, над ним стоял шест, на шесте висело что-то вроде метлы. А вокруг торчали из травы трехметровые, вытесанные из бревен идолы. С глубокими глазницами, прямыми носами и костяными зубами, вставленными в большие круглые рты.
Мальчишки с почтением стали обходить эти скульптурные портреты предков. У подножия каждого предка лежали бананы и лепешки из муки хлебного корня. Стояла в кокосовых скорлупах вода (она блестела, будто круглые зеркальца).
Храбрый Утути-Коа остановился перед идолом, покрытым хитрой резьбой.
– Это мой прапрадедушка, великий воин Утути-Касуи Касуса-Пунга, – вполголоса, но гордо объяснил он.
– Симпатичный, – вежливо прошептал Гвоздик. Ему не хотелось чем-нибудь, даже случайно, обидеть этих таинственных жителей караи-мораи. Хоть и деревянные, а кто их знает…
– Куау-ау-ау! – опять закричала в черных джунглях ночная птица, и все присели на корточки. Потом Туги прошептал, что теперь надо "быстро-быстро делать топ-топ в заросли, потому что скоро начнется всякое ой-ой-ой…"
Они укрылись на краю караи-мораи за широкими листьями дикого банана. И тихо дышали, ожидая страшное. Гвоздик хотел спросить, видел ли кто-нибудь раньше, как танцуют под луной духи предков. Но он боялся разжать губы.
– Куау!! – раздался птичий вопль над самой головой. Кто-то пискнул от испуга. И в этот миг из каменной хижины посреди поляны выскочило странное существо – с человеческим телом, но с зубастым черепом чудовища вместо головы. Оно заплясало, высоко подбрасывая костлявые ноги, и черная ломаная тень от него заплясала еще страшнее. Потом существо завыло, растопырило руки и скачками кинулось туда, где сидели мальчишки.
– Это Иххапури! Бежим! – скомандовал Туги, и все ринулись сквозь джунгли к деревне. Лишь через несколько минут остановились на крошечной полянке, сбились в кучку. Туги посчитал всех. Запутался, посчитал опять и сказал перепуганно:
– Дюжина и один. А было дюжина и два…
– Его схватил Иххапури, – всхлипнул Чабо. – И сожрал…
Гвоздику было очень жутко, но он собрал последние крохи смелости:
– Как это сожрал? Не имеет права. Пошли обратно! Нас же много…
Но в эту минуту из черных зарослей выбрался Утути-Коа.
– Где ты там застрял?! – накинулись на него.
– Хотел посмотреть поближе на Иххапури… А он и не побежал за нами! Поплясал, повыл, а потом пошел к моему предку Утути-Касуи Касуса-Пунга, взял его лепешку и стал жрать…
– Вот поймал бы он тебя, – с облегчением сказал Туги. – И вместо лепешки…
– Пфуги, – отмахнулся Утути-Коа. – Зря улепетывали. Надо было еще посмотреть. А вы струсили.
– И я струсил, –