Библиотека

После развода. Один год спустя стр. 14

Размер шрифта
-
+
Тема

смотрю на цифры, будто на приговор. Разрываю пополам. Этого достаточно на секунду. Потом понимаю: бумаги мало.

Открываю телефон. Экран белый, как больничная простыня. Викина аватарка. Пишу: «Ты спишь?» Стираю. Пишу: «Задержусь». Стираю. Бессмысленно. Никакое «задержусь» не покрывает то, что уже произошло.

Смотрю в тёмное стекло и вижу себя — чужого. Мужик в костюме, который рассказывает про «семью» в камеру и про «ценности» в зале. Мужик, чья жена дома пьёт воду мелкими глотками и держится из последних сил. Мужик, который только что макнул в грязь самое святое, что у него было.

Сажусь ровнее. Вдыхаю до боли. Завожу двигатель. На экране мигает «дом». В голове — нет больше никаких координат. Есть только факт: я перешёл черту. И назад, как из лифта, не выйдешь.

Глаза открываю от холода.

Стёкла в салоне в росе, машина на парковке у дома. Двор пустой, редкие фары скользят по фасадам. Я даже не помню, как сюда доехал. Руки мерзнут на руле, язык — как наждачная бумага.

Сажусь, пробую вдохнуть глубже — мутит. Горло сухое. В голове — пустоты, как провалы в асфальте после зимы. Ключи в подстаканнике, телефон разряжен. Смотрю на подъезд. Окна. Наши шторы. Там Вика спит. Или не спит. И я понимаю, что подняться сейчас не смогу. Не потому что ноги не держат. Потому что не знаю, как смотреть ей в глаза. Женщине, которая шла со мной с самого начала: склад, подработки, первый кредит, больницы, кухня на двоих. Рядом и всегда вместе.

Становится жарко и холодно одновременно. Закрываю глаза ещё на минуту — покачивает.

Дальше что? Идти наверх и играть в «задержался на совещании»? Врать? Нет. Не сейчас. Я не вывезу её голос «как ты?» Я не вывезу собственное отражение в её глазах.

Завожу. Машина ворчит, стрелка топлива почти на нуле. Поехал в офис. Ночь крошится на светофорах, как лёд в стакане. На пустых улицах легче дышать — никто не видит.

Офис пустой, охранник кивает, делает вид, что обычное дело. У меня в шкафу — сменный костюм, чистая рубашка, набор для «аварийных» ночёвок. Закрываюсь в душевой. Вода ледяная, потом горячая — до красноты кожи. Пытаюсь смыть запах ночи, смыть всё, что можно смыть. Не получается — остаётся внутри.

Бреюсь медленно, чтобы рука не дрожала. Надеваю белую рубашку, тёмный пиджак. Запонки — те, простые. Часы — не «для особых встреч», обычные. Телефон на зарядке оживает — сообщения, пропуски, рабочие чаты. От Вики — ничего. С одной стороны — облегчение. С другой — пустота.

Пью чёрный кофе из автомата. Горький до скрипа зубов. Открываю ноутбук. Вхожу в режим «дработать». Таблицы, письма, согласования. Пальцы попадают по клавишам автоматически, голова — как в тумане, но работает. «Сверху ждут к обеду», «поправьте формулировку», «перенесите встречу». Я говорю людям, что делать, и цепляюсь за эти глаголы как за поручни.

«Нет времени ныть». Повторяю, про себя, как мантру. Уже произошло — всё. Не вернёшь. Можно только не повторять. Положить кирпич на крышку и не открывать. Забить досками память этой ночи: музыку, смех, её ладонь, хлопок двери. Стереть. Выжечь. Работать.

Пишу Вике коротко, как всегда:

«С утра в офисе, совещания с девяти. Как проснёшься

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.