Последний подарок богини стр. 49
радуясь, что тоже может оказать случайному помощнику какую-то услугу.
Сворачивая в нужных местах, Алекс вышел к воротам, откуда четверо рабов выносили длинное бревно. Рядом вышагивал низенький, похожий на бородатого подростка мужчина в аккуратном хитоне с большими бронзовыми пряжками на плечах и ругался сквозь зубы.
На обширном дворе пахло смолой, хвоей и сухим деревом. Под длинными навесами, где навалом, а где аккуратно уложенные, хранились разнообразные "пиломатериалы". У забора стояли две повозки, в одну из которых был запряжён осёл, а рядом на толстом обрубке дерева, вросшем в землю, сидели, тихо переговариваясь, трое рабов. Их хозяева в это время осматривали брёвна, доски и ещё какие-то деревяшки.
В дальнем углу стоял двухэтажный дом с большим навесом, в тени которого сидел толстый краснощёкий человек, держа в руке большой оловянный кубок. Заметив нового посетителя, он поставил посуду на маленький столик и направился к юноше, на ходу оглаживая синюю тунику, натянутую на полукруглом пузе. Судя по самодовольной физиономии, очень напоминавшей жабью, к нему шёл хозяин торгового заведения.
— Хочешь что-нибудь купить? — прохрипел он. — Или зашёл посмотреть?
Александр начал свою речь словами: "Сами мы не местные…" Что вызвало появление недовольных морщин на покатом лбу собеседника. А закончил: "Сколько это будет стоить?"
Успокоившийся толстяк заявил, что господин обратился по адресу.
— Завтра я пришлю к вам приказчика, он посмотрит, что нужно, и через пару дней начнём.
— Нет, уважаемый, — покачал головой юноша. — Я плачу за аренду каждый день. Вы или берётесь за это дело немедленно, или я буду искать кого-нибудь другого.
После этих слов хозяин убедился в серьёзности его намерений и тут же отправил с ним одного из своих людей.
Немолодой мужчина с лицом грустного пуделя поинтересовался, где расположена торговая точка Алекса, и какой конкретно ремонт там необходим?
Путь до Корнеллевой улицы оказался длинным, а перечень работ коротким. Так что вскоре собеседники перешли к разговорам "за жизнь", и Алекс вновь узнал много интересного из жизни Нидоса.
За полтора века здесь образовался своеобразный народ, где каждый считал себя прежде всего нидосцем, а уж потом либрийцем, радланином, даросцем или ещё кем-то. Элита, первоначально состоящая из радлан, постепенно "разбавилась" представителями других народов. Благо, для торговли, составлявшей основу существования города, не имела большого значения национальность или вероисповедание. Здесь происходило взаимопроникновение культур и обычаев. Именно одному из них собеседник Александра оказался обязан своей свободой.
Когда умерла жена хозяина, принадлежавшая к радланскому роду, тот, выполняя волю родни, освободил в память о ней двух рабов. Правда, приказчик оставался зависимым от господина, но его дети уже приобретут все права горожан.
Законы в Нидосе оказались столь же запутаны, как религия в Келлуане. Наверное, поэтому здесь имелось так много их толкователей. "Там попы, а тут юристы, — с философской иронией подумал юноша. — Гражданское общество, блин".
Тщательно осмотрев лавку, приказчик ещё раз выслушал пожелание заказчика, измерил всё с помощью кожаного шнура с навязанными узелками и записал результат на маленькой табличке, покрытой воском.
Закончив подсчёты, он категорически отказался вести какие-то разговоры о стоимости работ.
— Я всё доложу господину. Он и решит.
Пришлось ещё раз тащиться к чёрту на кулички, а потом ещё торговаться с Хансом за каждую рахму. Как и полагается настоящему нидосцу, хозяин немного