Последний рыцарь короля стр. 463
и несколько лет назад, на плечах висели университетские сумки. Несколько секунд мы на глазах у удивленных посетителей радостно обнимались, не в силах произнести что-нибудь членораздельное.
– Так что же это было? – выдавила из себя Катя.
– Сон? – произнесла я.
– А вам случалось слышать о случаях массовых галлюцинаций? – спросил Вадик.
Я вытащила из кармана сумки сотовый и поцеловала его серый корпус. На дисплее по-прежнему высвечивалась дата нашего похода в музей. Наши охи и ахи, а также беспричинный смех и восторженные объятия привлекли к себе внимание нашей группы. Мы посмотрели на Николая Палыча и своих однокурсников с любовью и радостно бросились к ним навстречу.
Ребята настороженно отнеслись к нашему восторгу, им, должно быть, показалось, что мы обкурились, настолько эйфория вскружила нам голову. Мы были готовы смеяться и радоваться дальше, но Николай Палыч продолжал экскурсию и приблизился к шпалере, возле которой мы оказались, когда открыли глаза.
Мы пошли вслед за остальной группой, все еще не понимая, каким образом оказались здесь. Этот вопрос так волновал нас, что мы рассеянно слушали рассказ историка, рассматривая друг друга больше, чем шпалеру. И только случайно привлекшая мое внимание фраза заставила нас повернуться к гобелену и прислушаться к рассказу:
– Здесь изображено большое количество народу, – продолжал историк, – хотя легенда утверждает, что свидетелем ухода святой и ее свиты был только король Людовик ІХ, впоследствии сам причисленный к лику святых.
Некоторые историки считают, что именно вера крестоносцев в то, что их в походе оберегают святые Дионисий и Анна, послужило возникновению в истории седьмого крестового похода имени женщины, некой Анны Висконти, которая якобы сопровождала короля весь поход. Никаких исторических подтверждений этому не найдено, поэтому предполагается, что и легенда о донне Анне, и легенда о неком рыцаре, что помогал королю, есть ни что иное как попытка убедить потомков в том, что святые Дионисий и Анна покровительствовали походу. Имя донны Анны Висконти встречается несколько раз в документах, но современники так описывают ее, что нет сомнений, это не могла быть реальная женщина. Это был миф и выдумка рыцарей короля.
Мы слушали историка и смотрели на шпалеру. На ней был изображен король в окружении рыцарей и духовных лиц, и все они наблюдали за шестью фигурами на другом конце шпалеры. Женщина в красном платье, в манишке, по моде того времени закрывавшей даже щеки, стояла посередине и держала в руках черную и белую птиц. Рядом стоял человек с нимбом на голове, одетый как рыцарь, и возле него еще одна пара – мужчина и женщина, тоже одетые в средневековые костюмы.
Я смотрела, а в голове звенела одна только фраза: «Вы, Ольга, напоминаете мне портрет одной прекрасной дамы, которая была весьма известна в Средние века. Слава о ее добродетели и красоте облетела многие страны, жаль, что на этой выставке нет репродукции ее портрета». Портрет был, пусть и символический, но был.
– Так как же узнать, правда это или нет? – спросил кто-то из студентов. – Донна Анна существовала или же это вымысел?
Николай Палыч как раз собирался что-то ответить, но Артур его опередил.
– Есть один способ, – сказал он, выходя вперед.
Прежде, чем я успела что-то сообразить, он обхватил меня за плечи и, прижав к себе, поцеловал.