Последний рывок советских танкостроителей стр. 10
Ни к чему это не привело, так как аппаратура была различна по назначению и исполнению, разрабатывалась в различных министерствах, которые не хотели ломать свое производство. Отголоском этой работы стала попытка комплексной микроминиатюризации танкового электрорадиооборудования, которая на стадии обсуждения умерла и не родившись.
Все понимали, что надо что-то делать, но никто не знал с чего начинать. В итоге этой проблемой озаботилась и ВПК и при одной из встреч сотрудника ВПК Костенко, курировавшего танковую промышленность, с профессором Преснухиным, который уже зарекомендовал себя как разработчик хорошего танкового баллистического вычислителя, Костенко предложил ему заняться этой проблемой и попытаться создать единую систему управления для танка.
В это время я начал по своей инициативе разрабатывать датчик положения конвейера автомата заряжания вместо сложнейшего электромеханического прибора с карданом от конвейера, прочитал книгу Преснухина о преобразователях угол-код и начал ездить в МИЭТ консультироваться по этим преобразователям.
В июне 1975 г. в одной из командировок в МИЭТ меня увидел Преснухин, пригласил к себе и объяснил, что он хотел бы встретиться с Морозовым и поговорить с ним о серьезной работе.
По приезду я доложил начальству об этой встрече, но по причине загрузки или не такой уж важности такая встреча все время откладывалась. После нескольких напоминаний о пожелании Преснухина доложили Морозову и он дал команду организовать такую встречу.
06.01.76. К нам приехал Преснухин с бригадой специалистов, мы ознакомили их системами танка, он долго беседовал с Морозовым и остался доволен встречей с ним. По результатам встречи было принято решение о начале работ по такой системе.
С этого момента началась длительная эпопея по работе, о которой все мы в начале имели очень далекое представление и не очень себе представляли что и как надо делать
12.02.76. Для начала работ по комплексированию систем в ХКБМ проведено совещание, присутствовали МИЭТ, СКБ «Ротор», ВНИИ «Сигнал» и другие разработчики танковой аппаратуры.
По результатам совещания ХКБМ поручено оформить тематическую карточку на проведение НИР и направить в Министерство для подготовки приказа Министра. Нам же было поручено разработать ТЗ на системы башни и корпуса и выдать МИЭТ.
В течение месяца мы разработали ТЗ и выдали их, но они были настолько общие, что в них конкретно ничего не было указано, были только пожелания в каком направлении двигаться.
Работу практически никто не начинал, МИЭТ сидел и ожидал выхода директивных документов на проведение работ. Наконец в сентябре 1976 г. появился приказ Министра на проведение НИР «Ирис-К», где указаны были конкретные сроки.
27.10.76. Проведен СГК по рассмотрению состояния работ по «Ирис-К». Констатировали, что практически ничего не сделано. Мы начали разрабатывать функциональные схемы работы систем танка. ТЗ на составные части вновь никто не разрабатывал, так как ни одна из фирм не знала, какие требования в них должны задаваться. Только в феврале 1977 г. поступили ТЗ от КБТМ, ЦКБ «Точприбор» и ВНИИ «Сигнал».
10.03.77. Проведен СГК по «Ирис-К». Утвердили функциональные схемы работы ТИУС, аппаратуру разделили не логическую и силовую части. Логическую часть поручили МИЭТ, а силовую — СКБ «Ротор». Борисюк усиленно боролся за головную роль по всей системе, но пришлось довольствоваться только силовой частью.
01.04.77. Мы выдали МИЭТ уточненное ТЗ на логическую часть ТИУС, в котором были указаны некоторые