Последний рывок советских танкостроителей стр. 136
усложнило его панорамический прицел, привело к увеличению общей высоты танка и он смотрелся слишком массивным.
Проблемы с автоматом заряжания постоянно возникали из-за сложной его конструкции, все попытки реализовать его в ограниченном пространстве приводили к усложнению и, как следствие, к ненадежности. В итоге пришли к простой конструкции барабанного типа, что позволило снять многие вопросы и обеспечить его надежную работу.
Заложенные технические решения по прицельному комплексу и ТИУС во многом превосходили достижения бронетанковой техники того времени и наверняка были бы реализованы, так как при их реализации не возникало тупиковых проблем и многие элементы уже были внедрены в авиационной и ракетно-космической технике.
По прицельному комплексу работа не продвигалась из-за безответственности руководства ЦКБ КМЗ и их стремления затянуть любые сроки. В этой фирме все делалось из под палки, со своей стороны они никогда и ничего не предлагали нового и все их пожелания заключались в стремлении упростить характеристики комплекса и продлить сроки выполнения работ, которые они все равно не собирались выполнять. Также в корне ошибочным было решение отстранить от разработки комплекса ЦКБ «Точприбор», работа с их участием еще никогда не заканчивалась таким провалом, ответственности у них было намного больше, чем у ЦКБ КМЗ.
По ТИУС мы слишком поздно вышли на НИИАП и НПО «Хартрон», потраченные годы на МИЭТ, Институт кибернетики, СКБ «Ротор», НПО «Орион» и ЛНИРТИ позволили нам понять и освоить технологию создания таких систем, но эти фирмы по своему потенциалу были не способны решать такие серьезные задачи. Оглядываясь назад и исходя из опыта прошедших лет наиболее разумно было в Миноборонпроме создавать и развивать свою фирму по системам управления и, воспользовавшись научно-техничеким заделом и помощью предприятий по разработке ракетно-космической техники, распространить их на изделия отрасли. Уже тогда все видели и понимали, что за такими системами будущее, но руководство Миноборонпрома хотело сделать это чужими руками и только проиграло в этой ситуации.
Работы по танку «Боксёр» не удалось довести до конца в основном по организационным причинам, в самом начале для организации работ было сделано очень много, но на решающих этапах ни у главного конструктора, ни у руководства отрасли не хватило смелости переломить негативные тенденции в разработке и требовать от всех, особенно от ЦКБ КМЗ и ЛНИРТИ, выполнения порученной им работы и, если они были не способны но это, искать им достойную замену.
В КБ я работал при трех главных конструкторах — Морозове, Шомине и Борисюке и из личных впечатлений могу сравнивать их подход к делу. Морозов вошел в историю и заслужил две Звезды Героя Соцруда не только благодаря
своей конструкторской гениальности, для него разработка танков была его жизнью, которой он отдавал всего себя.
Шомин был барин, талантливый политик, хорошо просчитывающий свои ходы и достигающий определенных целей, но создание танка для него было просто работой, которую он пытался хорошо выполнять. Я не помню ни одного случая, чтобы он предлагал от себя что-то по компоновке и конструкции танка, но у него был талант найти людей, дать им высказаться, выслушать оппонентов и из нескольких вариантов выбрать наиболее лучший. Такой политикой он отбирал лучшие идеи в КБ, в нужное время представил их руководству и добился приоритета в разработке танка нового поколения, но