Последний рывок советских танкостроителей стр. 23
чем нам поможет и записали ему только сопровождение работ по матобеспечению систем.
13.04.81. Беседовал с Агапоновым. Он сказал, что решение не оформляется, так как никто не берется за серийное производство ТИУС. Записали Борисюку, но он против и его поддержал начальник главка. «Кентавр» на грани гибели.
17.04.81. Я и Хандога были в Институте кибернетики, согласовывали общий план работ. Сначала были встречи с ведущими специалистами и затем пошли к первому заму — Михалевичу (Глушков был болен). Там констатировали, что институт способен выполнить предлагаемую работу, но им необходимы дополнительные люди. Нашу работу он приняли как рядовую, без энтузиазма. В итоге они сказали, что у них будет организовано подразделение, которому поручат вести всю систему.
20–25.04.81. Краснов был в Киеве и Львове. В Киеве по нашим вопросам ничего не было. Во Львове он нашел хорошие датчики давления, температуры, ветра на основе нитевидных кристаллов. Они согласились работать с нами по договору фонда экономического стимулирования. Работают они давно и делают не только чувствительные элементы, а и сами датчики.
6.05.81. Хандога и Гриб были в Институте электродинамики. По датчикам угол-код они разрабатывают только электростатические и довольно больших габаритов, другими они не занимаются и заниматься не будут.
По моментным двигателям они могут разработать только документацию, а делать образец не будут.
У них есть хороший задел по линейным двигателям, которые можно использовать для автомата заряжания и они готовы изготавливать образцы двигателей.
12–15.05.81. Ковалюх и Климко были в президиуме Академии наук, согласовали план-график работ. Согласились на проведение работ с нами 18 институтов Академии наук. Шомин отдыхал под Киевом, посмотрел план-график, и сказал, чтобы добавили вопросы по комплексному обнаружению цели.
19.05.81. Президент Академии наук Патон пригласил руководство Института кибернетики, Института радиоэлектроники, Института полупроводников и поручил им решить проблему комплексного обнаружения цели из танка.
18.05.81. Я и Пивнев были в Институте радиоэлектроники, встречались с Балаклицким и Рязанцевым. Они согласились работать только по активной защите и то в разрезе «Шатра», новое делать не будут. По вопросам радиосвязи и всесуточного комплекса без директора института они ничего не могут сказать.
Подошли мы к Величко, он недавно был отстранен от работ. По его мнению, «Шатёр» вообще вряд ли заработает, может быть, лет через пять. Он в настоящее время работает на Тулу и считает, что будущее за «Дроздом». Впечатление довольно жалкое, вряд ли он со своей компоновкой комплекса дойдет до образца.
21.05.81. У нас был Бархоткин по ТБВ серийного танка. Разговора у меня с ним не было, чувствуется начало серьезного разлада. На второй день, случайно встретив меня, он сказал, что хочет говорить лично с Шоминым и имеет очень важную информацию по «Кентавру». С Шоминым ему встретиться не удалось, Словиковскому и мне он ничего не сказал. Намекнул, что оформляют решение, в котором от нас забирают головную роль по ТИУС, возможно, имел в виду ЦКБ КМЗ.
2–6.06.81. Я и Мазуренко были во ВНИИТМ по моделирующим стендам. Посмотрели их стенды, некоторые параметры они проверяют, но не все, что хотелось бы. Заславский всю работу пытался взвалить на нас, но я отказался. Они предложили свой вариант экипажа из двух человек, но очень сырой.
Беседовали с Голубом по СУО. Он поддерживает предложение ЦКБ «Точприбор» по