Последний рывок советских танкостроителей стр. 47
мелькали русские слова. Ни до ни после я такого никогда не слышал.
26–27.04.83. Шомин, Ковалюх и я были в Москве и готовились к предстоящему заседанию ВПК. За день до заседания была тренировка докладов сначала перед Захаровым и потом перед Ларченко (Финогенов был болен). Шомин докладывал очень плохо, было видно, что он не готовился. В докладе он не смог показать главные преимущества машины. Захаров все послушал и согласился почти во всем. Он также должен был докладывать и за него репетировал Потемкин. Его доклад был значительно лучше доклада Шомина. После перерыва пришел Ларченко и это был уже не Захаров. Он начал искать главные изюминки машины и все-таки нашел их. Я еще раз убедился, чем выше уровень человека, тем более высокими категориями он мыслит. Во всем чувствовалось, что перед заседанием ВПК все волнуются и хотят показать машину как можно лучше.
Вечером были в любимом Шоминым ресторане театра Советской Армии. Шомин много выпил, ко мне был почему-то предрасположен, несколько раз говорил, что у Ковалюха плутоватые глаза и, видно, он его не очень любит. Мы шли по улицам и беседовали о наших работах. Он подчеркивал и своем желании, чтобы именно у нас все в отрасли учились созданию танковой электроники. На мое замечание, что для этого нам нужны годы, он сказал, что у него всего 2–3 года.
На следующий день мы все были в Кремле. Руководство ушло на заседание ВПК, а мы с Кочергиным остались в комнате у Костенко. Часа через два заседание закончилось, все вернулись воодушевленные и очень довольные. В самом начале Смирнов поздравил Шомина со Звездой Героя, а потом уже начали рассматривать «Бунтарь». Все прошло очень хорошо, но Захаров сказал, что Смирнов против участия Минрадиопрома в разработке комплекса управления. На заседании все прошло тихо, в решении ВПК записали пункт по выпуску нового решения ВПК по радиотехническому комплексу, но у нас могут быть сложности. Захаров также отметил, что необходимо подключать в помощь нам Нижний Тагил и Омск.
Некрасов как-то неопределенно высказался, что прицельный комплекс они переделывают, но вряд ли что из этого получится.
В конце Шомин начал говорить о необходимости выпуска чертежей по машине, на мое замечание, что у нас нет накала по этой теме, он заявил, что все у нас будет.
12–21.04.83. К нам из НПО «Орион» приехал Русов, они решили все-таки изготовить образец системы управления взаимодействием и мы обсудили вопросы ее создания. НПО «Орион» в нас очень заинтересован, но Новожилов что-то боится начинать работы. Принципиально они согласны делать систему и без договора, им нужно в конце концов сделать образцы и показать на что они способны.
6.05.83. Я, Бусяк и Сафронов были в танковом училище, беседовали с полковником Божко и рядом офицеров. Выяснилось, что у них есть принципиальные замечания по существующим системам танка. Мы делаем системы, не вникая, как с ними работают экипажи! Необходимы контакты с такими людьми, но Шомин отнесся к этому весьма прохладно.
На будущее: обязательно все разрабатываемые системы должны обкатываться на людях, которые эксплуатируют технику!
10.05.83. Шомин решил каждый понедельник проводить рапорт по «Бунтарю». Наконец-то произошел сдвиг, в КБ сразу же начались работы, появилась надежда, что мы что-то сделаем.
12.05.83. Ковалюх,