Последний секрет Парацельса стр. 71
Агеева звонила перед смертью, и, возможно, пролить свет на некоторые обстоятельства – возможно, даже на то, что подвигло ее на столь радикальный шаг. Однако это еще не все. В сумочке Людмилы среди прочего, чисто женского, барахлишка я обнаружил кое-что, позволившее полагать, что ваша подруга никак не могла покончить с собой.
– Что вы нашли? – сгорая от нетерпения, спросила я.
– Один интересный талончик из «Модных привычек».
– Чего-чего?
– Так называется дорогое ателье по пошиву женской одежды. В основном там шьют платья и костюмы, так сказать, для особых случаев. Цены кусаются, но качество высокое, а сроки изготовления минимальные – по крайней мере, так гласит реклама и убеждают работники ателье.
По правде говоря, я была разочарована: я надеялась, что Карпухин и в самом деле нарыл «бомбу», а речь шла всего лишь о маленькой бумажке. Майор, судя по всему, заметил угасание моего энтузиазма, потому что сказал:
– Это по-настоящему важная улика, не сомневайтесь, Агния. Я посетил это заведение. Там работают исключительно дотошные и добросовестные дамы, которые легко смогли ответить на все мои вопросы. Дело в том, что Людмила Агеева заходила к ним в день своей смерти. Она заказала праздничный костюм, потратив на беседу с модисткой и швеей и снятие мерок около двух с половиной часов. Женщины утверждают, что клиентка говорила о предстоящей свадьбе подруги, а потому просила их отнестись к заказу со всей тщательностью и постараться выполнить его как можно быстрее. Они обещали, что потребуется всего одна примерка и костюм обязательно будет готов ко дню свадьбы.
– Боже мой! – пробормотала я, бессознательным жестом прикрывая рот рукой. – Речь ведь шла о моей свадьбе, да?
– Не думаю, что у Агеевой много подруг, в ближайшее время собирающихся в загс, – кивнул Карпухин. – А теперь ответьте мне на вопрос, Агния: какая женщина, заказав роскошное платье и выложив за него кругленькую сумму, через несколько часов внезапно решит покинуть этот мир, даже ни разу не примерив обновку?
Слова майора звучали совершенно резонно.
– Людмилу Агееву убили, – сказал он, дав мне время осознать все сказанное. – Я пока не знаю, как именно, но выясню. Поэтому, собственно, я и хотел вас видеть, Агния. Я получил разрешение на эксгумацию тела и повторное проведение экспертизы. Ее будет делать Леонид Кадреску – он уже согласился.
– Эксгумация?!
Я была в шоке. Конечно, я понимала, что необходимо установить истину, но мне не хотелось даже думать о том, что мою подругу вытащат из земли, потревожив ее покой, и начнут копаться в ней, как в песочнице, в поисках улик!
– А без этого… никак нельзя? – робко спросила я.
– Поверьте, – мягко кладя руку на мою ладонь, сказал Карпухин, – если бы существовал хотя бы один шанс, я не стал бы этого делать.
– Да-да, конечно, – упавшим голосом пробормотала я. – Насколько я понимаю, согласия родственников не требуется?
– Вы правильно понимаете. Я уже выдержал две волны возмущения со стороны Дениса и Виктора Агеевых – по отдельности, разумеется. Им обоим страшно не понравилось, что я намерен вскрыть могилу, но им придется с этим смириться: дело квалифицировано как убийство, а потому от них уже больше ничего не зависит.
Я посмотрела на майора. Он казался уверенным в том, что делает, но я прекрасно понимала, как он