Последний удар сердца стр. 66
То есть получаешь вольную и распоряжаешься собою, как того сам хочешь. У нас к тебе вопросов больше не возникнет.
— Ну, это хорошо, — промолвил киллер, пытаясь изобразить искреннюю радость от новости. — Что я должен делать на этот раз?
— Странный вопрос, — хохотнул «гонец». — То же, что и всегда. Пиф-паф.
— Это понятно. А детали? — Илью вдруг стали одолевать какие-то нехорошие предчувствия.
Куратор не прекращал улыбаться.
— Детали будешь узнавать постепенно, — сказал он. — Рекомендую не задавать пока лишних вопросов. Ответов на них ты все равно сейчас не получишь. Дело особенное, поэтому его обстоятельства до поры до времени будут держаться в секрете. Просто прими это к сведению и смирись с таким положением вещей. Это не мой каприз. Так решили те люди, которые стоят надо мной и на которых ты реально работаешь. Ты понимаешь, о чем я толкую?
— Понимаю, — в знак согласия кивнул Илья. — Но если детали будут доведены позже, то стоило ли нам сегодня встречаться? Вы ведь не собираетесь меня сейчас просвещать или инструктировать…
— Я смотрю, что ты стал въедливым, как настоящий профессионал, — заметил куратор. — Все хочешь знать тут же и сразу же. Но повторюсь — ты должен ждать. Что касается сегодняшней нашей встречи, то она имеет вполне очевидный смысл. Я сказал тебе то, что не мог бы сказать по телефону. Это одно. А второе — первую порцию деталей заказа ты все-таки от меня узнаешь.
— Имя мишени? — попробовал предположить Прудников.
— Нет, — покачал головой Борис Аркадьевич и развернул план города. — Вот это твоя будущая огневая точка, — он обвел место маркером и надписал номер дома. — Ты должен быть на крыше. Запоминай — на крыше, а не на чердаке. Скорее всего, где-то в средней ее части. Это еще уточняется. В каком направлении и по кому конкретно ты будешь «работать», я тебе сообщу дополнительно по мобильному телефону с временного номера. И вообще, все дальнейшие указания по этому делу будешь получать именно так. Вплоть до последней секунды перед устранением объекта.
Биатлонист слушал его и думал: «Что ж это за дело такое, раз они вдруг решили напустить столько тумана? Раньше все объясняли сразу и не вертя хвостом. И не просто объясняли, а обосновывали, почему я не должен жалеть тех, кого они «заказывали». Преступники, злодеи, воплощение вселенского зла. А здесь вот так — готовься убивать и не выпендриваться, ибо это не твое дело — знать, кому ты запустишь пулю в лоб. Что-то здесь нечисто. Какой-то подвох кроется тут. А куратор все «душит лыбу», будто я должен разделить с ним радость. Да уж какая тут радость! Заставляют идти по узкому коридору и не говорят,
что там будет в конце. Боже, кого же я должен буду застрелить? Кого?»
— Эй, стрелок, хватит летать в небесах, — произнес Борис Аркадьевич. — Ты все слышал, что я тебе сказал?
— Да, — односложно ответил Илья.
— А из услышанного все уяснил?
— Конечно.
— Ну, если все понятно, то — до связи. Готовься. Я тебе позвоню.
Борис Аркадьевич вышел из машины и вскоре исчез с поля зрения. Илья несколько минут сидел без движения, обуреваемый все теми же сомнениями. В конце концов он махнул рукой, завел двигатель и вскоре покинул подземную стоянку. Этот жест вовсе не означал, что он отказался от своих сомнений и раздумий по поводу