Последний удар сердца стр. 68
из ванной, чтобы взяться за другие способы вымещения обиды.
В руках ее появилась опасная бритва. Она металась по коридору, распахивая двери комнат, заглядывала вовнутрь, будто искала что-то конкретное. «Ну где же ее чертов гардероб?» — вырвалось из ее уст. Увидев наконец шкаф, Шпаликова влетела в ту комнату. Она распахнула дверки шкафа, стала без разбору выхватывать вместе с вешалкой вещи и кромсать их бритвой. Шубы, пальто, дорогие платья и прочие наряды за десять минут превратились в лапшу. Ну, или в серпантин, как это сама назвала вошедшая в раж Катя.
— Что ты натворила? Зачем? — с плачем спросила Машка, пришедшая в комнату в том
же виде, что была в ванной. Волосы ее были растрепаны, все тело покрывали кровоточащие царапины. Вид у нее был поистине жалкий, несмотря на все ее прелести, выставленные напоказ.
— Нет, а что ты хотела? — обернулась к ней Катька. — Ты хотела с ним спать, быть счастливой в его объятиях и даже не думала, что за это придет расплата?
— Да какая расплата! Не сходи с ума, умоляю! — прокричала в ответ Пономарева.
— Да вот такая расплата, как сейчас! — Шпаликова начала медленно приближаться к женщине. — Ты думала, что чужих мужиков можно уводить сколько угодно? Ты думала, что никто ничего не узнает, а если узнает, то не рискнет прийти с разборками? Так вот теперь ты поймешь раз и навсегда, что случаи-то бывают разные. И иногда обманутые отчаявшиеся женщины не просто плачут в подушку, а берутся за лезвие. Но не для того, чтобы вскрыть себе вены, а чтобы почикать шалаву, которая увела мужика. Ты понимаешь, о чем я говорю? Ты, шлюха, вообще хоть что-нибудь понимаешь?!
— А мне он отчитывался о своей жизни, что ли?! — взвыла еще больше хозяйка квартиры. — Приходил, любил и уходил. Ни про каких своих женщин он и близко не упоминал. Мол, я единственная, неповторимая, желанная. «И в Самарканд, и в Бухару за родинку одну». Да, я вовсе не пример добродетели и целомудрия. Да, я сплю с мужиками. Но этот же… Настоящий змей-искуситель. И такой страстный…
— Ты что?! Издеваешься, что ли?! — снова вскипела «гостья», держа перед собой бритву.
— А что мне издеваться, если все так и есть?! — заливаясь слезами, проговорила Машка.
— Стой. Так ты его любишь? — более спокойным тоном спросила Катька.
— До умопомрачения, — не стала скрывать та.
«Гостья» уронила бритву на пол. Из ее глаз брызнули слезы. Она разревелась и заключила хозяйку в объятия, словно набедокурившую сестру или подругу по несчастью. В те мгновения ее совершенно не волновало, что она испачкается в крови или промокнет. Она испытывала к Машке сочувствие и как нельзя лучше понимала ее. Как оказалось, чувства были взаимными. Женщины стояли, обнявшись, посреди комнаты, плакали и перешептывались.
— Какие же мы с тобой несчастные. Полюбили одного мужика, а он оказался таким подонком, — сквозь слезы прошептала Шпаликова.
— Гад он, — коротко констатировала Пономарева, всхлипывая.
— Видно, такая уж наша бабская доля — влюбляться и обжигаться. И вроде ж не девочки давно…
— Ой, не говори…
Все выглядело так, будто недавних сцен ненависти и гнева никогда не было.
29
Поразмыслив, Юра и Юля решили не отправляться сразу в Чехию. Посчитали, что дом их засвечен и там их очень быстро найдут. Поэтому билеты были взяты на поезд до одного из