Повелитель пустыни стр. 16
всем телом и одновременно прижимаясь к нему спиной.
— Смотри, — велел он.
И она стала смотреть.
Тарик переместил руку так, что его большой палец оказался на ее соске и стал нежно теребить его. Глаза Джасмин широко раскрылись; она ловила ртом воздух. И услышала, как за ее спиной ритм его дыхания изменился. Она чувствовала, что тело его напряглось, явственно обозначились мускулы. На руках показались жилы. Когда Тарик вдруг перестал ласкать ее, она вскрикнула, но дразнящие движения пальцев возобновились уже на другой груди. У него были большие кисти, покрытые темными волосами. Каждая ее клеточка призывала эти ладони. Груди ныли и горели. Но вот пальцы Тарика легли на ее живот и двинулись вниз, к бедрам, к темному треугольнику, внезапно повлажневшему под его рукой. Завороженная, беспомощная, Джасмин не отрываясь смотрела в зеркало. Жилка пульсировала на ее шее, колени подгибались, а Тарик тем временем медленно, упорно продолжал свою интимную ласку. Извиваясь от его прикосновения, она невольно повторяла ритм движений его руки. Словно плывя в тумане, она посмотрела Тарику в лицо. Глаз его под сведенными бровями Джасмин не видела, но появившийся на щеках румянец говорил о том, что он возбужден не меньше, чем она.
— Нет! — закричала она, когда Тарик убрал руки.
— Терпение,
Мина.
Он дышал неровно, но сохранял полный контроль над собой.
Джасмин изогнулась, стремясь вернуть его. Вместо этого он ухватил полу ее халата и стал забирать материю в свои огромные кулаки. Прежде чем до ее сознания дошло его намерение, она уже была обнажена сзади до пояса.
— Нет!
Он перестал поднимать на ней халат.
— Мина.
Приглашение к греху. И Джасмин не смогла сопротивляться.
— Боже.
Она почувствовала себя законченной распутницей: вот она стоит перед зеркалом, неприкрытая, расставив ноги, чтобы не потерять равновесия, а за ее спиной маячит темный мужской силуэт.
К своему ужасу Джасмин почувствовала, как мощное бедро скользнуло между ее ног и стало тихо тереться о ее разгоряченное тело, отчего у нее внутри все перевернулось. Между его жаром и влажной поверхностью ее интимного места не было ничего.
— Прижмись ко мне, Мина.
Со стоном, почти против воли Джасмин вжалась в него и начала двигать бедрами, а он, обхватив ее сзади одной рукой, другой продолжал гладить ее пульсирующую плоть.
Потеряв голову в объятиях Тарика, Джасмин закрыла глаза и куда-то поплыла. Желая обрести опору, она вцепилась в его руку, но было уже слишком поздно. Взрыв произошел, и она обмякла. Ей чудилось, что все это происходит с ней во сне. Она всхлипывала, а Тарик поддерживал ее.
— Мина, ты чудесна.
В его голосе слышалось благоговение.
Джасмин подняла голову, и из зеркала на нее глянуло ее отражение. Ноги расставлены, и между ними бедро Тарика. Ей было слишком хорошо, чтобы стыдливо покраснеть, поэтому она просто вскинула голову еще выше и встретила взгляд Тарика.
— Спасибо.
Тарик вздрогнул, почти сраженный ее капитуляцией.
— У меня еще не все.
Он опустил полы халата, которые скользнули по ее красивым ногам. Горящие, как в лихорадке, глаза Джасмин наблюдали за пальцами Тарика, который развязывал кружевные тесемки. Он не спешил, наслаждаясь мгновениями, превращавшими в реальность его эротические фантазии долгих лет.