Повелитель теней. Том 3 стр. 330
должны были ничего чувствовать, будучи персонажами, сочинёнными от начала до конца. Всё равно непонятно, — он поставил бокал на широкий подлокотник дивана и потёр лоб, собираясь с мыслями. — Понимаешь, этот мир делит свою историю на две части: вымышленную, которая была вложена в головы первых актёров, и реальную, которую они начали разыгрывать, руководствуясь простыми и логичными правилами игры. А за всем этим стояло нечто... Я не знаю, что или кто это. Я до сих пор этого не знаю, хоть и взаимодействовал с ним долгое время. Я даже не могу назвать это сущностью, потому что это нечто более глобальное, подобное ноосфере, обладающей собственным мышлением.
— Что-то вроде бога? — подсказала я.
— Это не бог, — возразил он. — Это особая форма жизни, обладающая очень странным, глубоким разумом. Я не знаю, что это: вся планета, океан, какой-то его слой или облачность над океаном, просто оно живое и думает. Представь, оно было одиноко и не переживало из-за этого, потому что жило так всегда. Но в какой-то момент оно почувствовало, что в его доме, как оно воспринимало эту планетную систему, появилось нечто необычное. Я оперирую такими понятиями как «дом», чтоб тебе было понятнее. Оно ощущало всю систему, слышало и чувствовало её и тем жило. И тут появились те самые протоалкорцы, которые когда-то прилетели сюда в поисках новых земель, и заселили небольшую стабильную планету на орбите звезды. Они создали там условия для жизни, обжились, построили свои города и деревни, жили, влюблялись, воевали друг с другом, интриговали, принимали гостей из космоса. А оно просто вслушивалось в их жизнь, постепенно попадая под очарование их запутанных страстей и желаний. Это было для него бесконечным многоуровневым сериалом, который всё больше затягивал его. И вдруг случилась катастрофа. Их планета столкнулась с другой, колония погибла, он лишился своего театра и оказался в пустоте, которую ощущал теперь очень остро. И он решил создать у себя свой собственный маленький театр. Он сотворил твердь, воссоздал на ней те же условия, что и в погибшей колонии, населил её искусственно созданными двойниками тех людей, которых помнил, наполнив их память обрывками собственных воспоминаний. Не спрашивай меня, как он это сделал, понятия не имею, но всю эту историю я прочувствовал едва ли не сразу, появившись здесь.
— А что такое тени? — спросила я, заинтригованная его рассказом.
— Это не самостоятельные сущности, это что-то вроде нейронов мозга, пронизывающих весь этот мир, собирающих информацию и передающих её в то, что выполняло здесь роль мозга.
— Алмазное Сердце? — догадалась я.
— Да, Алмазное Сердце, — вздохнул он. — Это не компьютер, это именно мозг, который не только собирал и перерабатывал всю информацию в форму, которую Хозяину — будем так его называть, — было легче всего усвоить, и обратно отправлял его импульсы, управлявшие миром. Оно, как и наш мозг, выполняло много функций по управлению этим огромным континентом, как механизмом, или, если хочешь, организмом. Оно обеспечивало его стабильность, условия жизни, состав воздуха, наличие воды, давление, температуру. Всё, что у нас делает мозг, хоть мы об этом даже не задумываемся. Когда он был уничтожен, испугались не тени, испугался их Хозяин, который