Повести о Ветлугине стр. 154
стряхивая снег со своего короткого ситцевого платья. — Глянула в щелку, а он у окна…
— Хорошо, хорошо. Йод поищи!
Она нашла йод. Но этим не ограничилось. Петр Арианович заставил ее еще и помогать бинтовать мою руку. Видимо, это было уже свыше ее сил, потому что, оказав первую помощь, она поспешила уйти. Слышно было, как с негодованием бурчала себе что-то под нос в соседней комнате. Вскоре на втором этаже гулко захлопали двери.
— Сердитая! — Петр Арианович улыбнулся. — Значит, ты уже бывал здесь? А зачем?
Он сел на стул и посмотрел на меня. Некуда было деться от этого спокойного серьезно-вопросительного взгляда.
Можно было, конечно, попытаться убежать, но тогда Петр Арианович не узнал бы ничего о поведении Фим Фимыча.
Запинаясь, дрожа, не заканчивая фраз, я рассказал обо всем, что мы видели в окне. Петр Арианович выслушал меня, не прерывая, ничем не выражая своего удивления.
— Спасибо, не пропало ничего, — сказал он. Потом, поморщившись, добавил непонятно: — Я ведь знаю, зачем он ходит. Его подсылает ко мне инспектор училища.
Он задумчиво побарабанил пальцами по столу.
— Но ты сказал «мы». Кто же это «мы»? Разве вас, таких вот взъерошенных мальчишек, еще много под моим окном?
— Еще один.
— Кто же?
— Товарищ мой.
— Небось убежал, — предположил Петр Арианович, взглядывая на меня исподлобья.
— Нет, не такой, — сказал я уверенно. — Не бросит товарища в беде.
Я подошел к окну. Андрей сидел на корточках под самой стеной, втянув голову в плечи, и напряженно смотрел на меня снизу вверх.
— Сидит, — доложил я Петру Ариановичу.
Он с любопытством заглянул через мое плечо и вдруг захохотал — раскатисто, приседая, кашляя. Я и не думал, что взрослый человек может так смеяться.
Он смеялся долго, пока опять не явилась девчонка и не принялась с ожесточением вытирать тряпкой пол, на котором блестели мокрые следы от моих сапог.
— Правильно, Лизочка, правильно! — рассеянно сказал Петр Арианович. — А то нам от мамаши попадет.
Он придвинул ко мне стул.
— Но объясни, Ладыгин, зачем вы — ты и друг твой — торчите по вечерам под моим окном?
Я подождал, пока девчонка ушла.
— Не верим взрослым, что про вас говорят!
— А что взрослые говорят?
— Что вы не бывали нигде… На Севере не бывали и не открыли никаких островов…
Петр Арианович стал серьезным. Помолчал.
— Правда, — кивнул он. — На Севере я не бывал.
Наверное, лицо мое стало очень несчастным, потому что он поспешил добавить:
— И все же есть острова. Я открыл их!
— А как же?.. — начал было я.
Петр Арианович поднялся со стула и положил мне руку на плечо:
— А так же! Теперь — домой! Попадет тебе за синяк? Очень хорошо! Не будешь в окна подглядывать. Да, чтобы не забыть: в будущее воскресенье опять приходи. С верным товарищем со своим. Расскажу, как я нашел острова…
И уже вдогонку сказал с крыльца:
— Только без шума и драки, пожалуйста! На дверях звонок. И надпись есть: «Прошу крутить!»
Глава седьмаяЗИГЗАГ НА КАРТЕПроходит положенный срок, и вот, в праздничных гимнастерках, с обильно смоченными волосами, чтобы не торчали на макушке, мы присаживаемся с Андреем на краешек старого клеенчатого, с выпирающими пружинами дивана и робко осматриваемся.
Вокруг — карты, множество карт: свернутые