Библиотека

Повести о Ветлугине стр. 239

Размер шрифта
-
+
Тема

вежливо улыбаясь, хлопал один лишь Союшкин.

Боже мой! И надо же, чтобы случилось именно так: Союшкин, подобно нам, занялся географией! Почему? Неужели только потому, что когда-то, пользуясь привилегиями первого ученика, он торжественно вносил за Петром Ариановичем географические карты в класс и развешивал их на доске?

Медленно продвигаясь с толпой к выходу, я не утерпел и оглянулся. Зубрила с первой парты аккуратно укладывал в портфель свои бесчисленные заметочки и выписочки. Подле него, одобрительно кивая головами, топталось несколько человек, среди них и старичок в тюбетейке.

Глаза Союшкина были скромно потуплены. Я понял: он, как всегда, получил высший балл!

Глава девятаяПОКА ВРИО…

У вешалки нас перехватила юркая личность в высоко подпоясанной гимнастерке, какие носят обычно завхозы или снабженцы.

— Товарищ директор просят в кабинет, — сказала личность, подобострастно осклабясь.

Отказаться было неудобно, тем более что до этого мы никогда не бывали в Институте землеведения.

Суетливо двигая лопатками, посланец повел нас по коридорам и лестницам, в обход зала, пока мы не достигли наконец двери директорского кабинета.

Они бесшумно распахнулись. Из-за огромного письменного стола навстречу нам поднимался Союшкин!

— Рад очень! — так начал он, пока мы ошеломленно глядели на него. — Ну кто бы мог подумать, кто бы мог предположить… Вы знакомы? Профессор Черепихин! — Из кресла с легким полупоклоном привстал давешний старик в тюбетейке. — Член-корреспондент Академии наук! — многозначительно уточнил Союшкин. — А это, можно сказать, друзья детства! Однокорытники, вместе учились… Никогда не ожидал, никогда! В отчете фамилии указаны не были… Садитесь, милости прошу!

Мы сели.

— Поздравляю, — обратился я к Союшкину, старательно избегая местоимений. — Уже директор?

Союшкин зарумянился.

— Врио, — поправил он. — Только врио.

— Пока врио, — любезно перегнулся Черепихин.

В то время, что они пререкались с изысканной вежливостью, я присматривался к нашему бывшему первому ученику.

Ну что ж! Лицо как лицо! И держался вполне прилично, был прост в обращении, говорил тихим, размеренным голосом. Только руки выдавали его внутреннее беспокойство— были в беспрестанном движении! Союшкин то и дело бесцельно переставлял письменный прибор на столе, хватался за пенсне, вынимал из бокового кармана гребешок, старательно поправлял свою разваливающуюся прическу.

— Вероятно, вы предпочли бы встретиться иначе, — прошепелявил профессор, глядя на нас со стариковским благодушием. — Столько лет не видались и вдруг, даже не обменявшись рукопожатием, кинулись друг на друга, сразу же в драку, в драку!..

Он дробно засмеялся.

— Без драки не проживешь, — неопределенно сказал Андрей.

Нам подали чай.

— Но чего вы добиваетесь? — продолжал профессор, осторожно прихлебывая с ложечки. — Вы провели большую работу, стерли «белое пятно» с географической карты. Это признано всеми, даже за границей… Так почему же ставите под сомнение результаты своих наблюдений? Простите, не понимаю вас.

Андрей только пожал плечами.

— Мне думается, — снисходительно изрек Союшкин, — что мы с вами уже вышли из того возраста, когда верят в неоткрытые острова!

Как будто бы он когда-либо верил в них, этот непонятный, удивительный человек, даже не читавший в детстве Майн Рида!..

Союшкин вежливо наклонил голову, узнав, что Петр Арианович не вернулся из ссылки, потом перешел к теме, которая, видимо, занимала его больше остальных, — к самому себе, к своим успехам на жизненном пути.

Оказывается, он учился в Ленинградском университете, был оставлен при кафедре, а в Москву переехал всего год назад.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.