Повести о Ветлугине стр. 255
у воды.
Было очень тепло. По Москве-реке плыли украшенные фонариками катера с пассажирами, толпившимися на верхней палубе. Оттуда нам кричали что-то, какую-то карнавальную чепуху.
Я был в приподнятом настроении, что называется «в ударе». Только что пришла в голову мысль: в поисках островов в Восточно-Сибирском море воспользоваться помощью эхолота. Хорошо бы сразу рассказать об этом Андрею, проверить, правильна ли мысль. Но Андрея не было. Рядом была только Лиза.
— Понимаешь, — начал я издалека, — в сплошном тумане штурман находит место корабля по глубинам. На карте обозначены глубины. Если применить эгог принцип к гипотетическим землям…
Лиза обернулась ко мне. Голос ее странно дрогнул:
— Какая ночь, Леша!
Я рассеянно посмотрел на небо. Ночь была, как говерили в старину, «волшебная», вся пронизанная дрожащим призрачным светом.
Лиза сказала тихо:
— Такой ночи больше не будет! Никогда уже не будет!
Меня удивило ее волнение. Эти слова прозвучали проникновенно и грустно и даже словно бы с укоризной!
Глаза Лизы были обращены ко мне — широко раскрытые, блестящие, все с тем же странным вопросительным выражением.
Мне захотелось взять ее за руку и спросить, что с нею, не устала ли она от «чертова колеса» или от этой дурацкой «комнаты смеха». Но между нами не приняты были нежности.
— Я хотел тебе рассказать о глубинах, — начал я неуверенно.
Но Лиза продолжала молчать.
— Ты здорова? — спросил я, беря ее за руку. — Что с тобой, Рыжик?
Неистово защелкал соловей в листве над нашими головами.
Вдруг сзади затрещали кусты, послышалось прерывистое дыхание, и на тропинку подле нас прыгнул, почти свалился с косогора Андрей.
— Ф-фу, жара! — сказал он, отдуваясь и вытирая шею платком. — В мыле весь, так бежал!.. Извините, ребята, что запоздал…
Я с удивлением увидел на нем галстук.
— Поздравляю! Андрей галстук нацепил! Ну уж если сам партийный секретарь нацепил…
Галстук как бы знаменовал переход к новой эпохе. Долгое время он наряду с канарейкой, гитарой и фокстротом считался принадлежностью капиталистического мира и пренебрежительно именовался «гаврилкой». С течением времени «гаврилка» был амнистирован. Однако на смельчаков, впервые надевших его, глядели пока с опаской и недоверием.
Итак, Андрей надел галстук! К чему бы это?..
Мы долго еще гуляли по парку, распевая песни:
Лиза заводила:
Сидели два медведя
На ветке на одной…
Мы с Андреем подхватывали:
Один смотрел на небо,
Другой качал ногой.
И опять заводила Лиза:
И так они сидели
Всю ночку напролет…
А мы мрачно подтверждали:
Один смотрел на небо,
Другой качал ногой…
Кончилось тем, что Андрей потерял свой галстук. (Под шумок, пользуясь темнотой, он снял его с шеи и
засунул в задний карман брюк.) Мы с Лизой помирали со смеху, а он вертелся на месте, пытаясь посмотреть, не свешивается ли галстук из кармана.
Глава шестаяЛЬДЫ НЕВИДАННОЙ ГОЛУБИЗНЫНа полярной станции обходятся обычно услугами одного гидролога. Поэтому после окончания университета мне с Андреем пришлось, к сожалению, расстаться.
На выбор нам были предложены две вакансии. Одна, роскошная, лучше трудно придумать, — на новенькую, созданную лишь в прошлом году метеорологическую станцию, расположенную на юго-восточном берегу острова Большой Ляховский. То была первая метеостанция «нашего» Восточно-Сибирского моря! Что надо еще?! Зато вторая вакансия никак не могла понравиться: на одну из старейших русских метеостанций — Маточкин