Библиотека

Повести о Ветлугине стр. 263

Размер шрифта
-
+
Тема

любимицей стала!..

Лиза присела на корточки, маня разыгравшегося белого медвежонка.

— Нет, вы на глазки-бусинки ее посмотрите! — потребовала она. — Черненькие! И какие смышленые! Ведь все понимает, плутовка, а молчит. Ответь, Уленька: мы правильно о тебе говорим? Ты где родилась, а? На Земле Ветлугина?.. Ну же, скажи нам, скажи!..

Глава восьмаяЧЕЛОВЕК, КОТОРОМУ ЯСНО ВСЕ

Посещение Зоопарка подействовало на меня самым живительным образом. Черноглазая пушистая Улика была до чрезвычайности убедительна.

Поэтому, когда мы с Андреем отправились на следующий день в библиотеку, я уже бестрепетной рукой развернул толстые комплекты советских и иностранных газет. Пусть себе пишут, что хотят, о наших фотоснимках, — остается еще не известный никому, не использованный пока довод, который сохраняется до поры до времени в одной из вольер Московского зоопарка!

Впрочем, большинство советских корреспондентов почти не обратило внимания на фотографии, сделанные мною и Андреем над ледяной пустыней Восточно-Сибирского моря. Интересовали подробности спасения людей с «Ямала». Только вскользь было сказано в одной нз статей:

«Решена попутно проблема гипотетической Земли к северу от острова Врангеля, о существовании которой высказывались догадки до революции: полеты двух научных работников на самолетах, эвакуировавших команду «Ямала», с очевидностью показали, что Земли в этом районе нет…»

Однако заграничная, главным образом американская, печать придала фотоснимкам больше значения. Их напыщенно именовали «беспристрастным рефери».

«Фотографический аппарат был «беспристрастным рефери». Он рассудил людей, — заявляла «Манхеттен Кроникл», — Земли в этом районе нет. Земли и не могло быть. Иначе ее нашел бы Текльтон. Глупо было сомневаться в этом».

Расторопный корреспондент «Манхеттен Кроникл» в Москве перетряхнул старые журнальные комплекты и вытащил на свет статью Петра Ариановича «О возможности нахождения острова или группы островов…» Мало того, он заинтересовался мною и Андреем и разведал наши биографии.

То, что мы учились у Петра Ариановича, придавало всему, в понимании корреспондента, привкус сенсации:

«Ученики опровергают учителя!», «Конец арктической сказки», «Текльтон прав!»

Брр! Противно!

Я с раздражением отодвинул ворох иностранных газет и принялся просматривать «Вечерку». Что новенького в театрах столицы? Как жила-поживала без меня театральная Москва?

— Махнем-ка в театр, Андрей? Рассеемся. А?

Я перебросил ему «Вечерку». Он взглянул на четвертую страницу и изумленно присвистнул:

— Смотри-ка: Союшкин объявился!

Я перегнулся через плечо Андрея. Пониже театральных и повыше рекламных объявлений было напечатано:

«Институт землеведения. 17.VI в 7.30 вечера в конференц-зале состоится обсуждение реферата тов. Союшкина К. К. «О так называемых гипотетических землях в Арктике в связи с последними исследованиями советских полярников».

Союшкин? Весьёгонский примерный пай-мальчик? Зубрила с первой парты?

— А что нам сомневаться, гадать? — Андрей отодвинул стул. — Пойдем и убедимся. Когда обсуждение это? Сегодня в семь тридцать? Успеем.

…В конференц-зале было не очень много народу, но не так уж мало — как раз столько, сколько нужно для того, чтобы у докладчика, топтавшегося, наверное, где-нибудь в коридоре, тревожно екало сердце и холодело под ложечкой.

Достойно улыбаясь и негромко переговариваясь, рассаживались за столом члены президиума. Два служителя с безучастными лицами повесили за кафедрой большую, во всю стену, карту Арктики. Раздался трезвон колокольчика. Внимание!

К кафедре приблизился человек примерно моих лет. По виду он не был испуган или встревожен. Держался довольно уверенно, только чаще, чем нужно, поправлял хлипкое пенсне-клипс и даже вскидывал голову, чтобы оно не сползало с

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.