Библиотека

Поводырь. Часть вторая. стр. 14

Размер шрифта
-
+
Тема

на привалах пригласить черного монашка в священничьем сане к своему костру, да выпытать, что же подвигло-то его, молодого и жизни не видевшего, на служение. Да так как-то и не вышло. Все что-то другое занимало.

В Хабаровку — вотчинную деревеньку инородческой купеческой семьи Хабаровых пришли к обеду. И снова остановиться на сутки пришлось. Пока на многострадальные спины лошадей примеряли новый груз — тщательно упакованные в кожи маральи панты, лакомились медом. Алтай стал слегка более похожим на ту волшебную страну, которую я помнил по прошлой жизни.

Предложили искупаться в бочке наполненной кровью. Отказался, хотя Гилев и утверждал, что это очень полезно для здоровья. Как представил себя всего в… в этом, даже передернулся. Отшутился, что лютеранская вера не позволяет. Принтц удивился, но ничего не сказал. Гера-злыдень еще полдня ржал, гад.

После Хабаровки широкая, хоть и не пригодная для повозок дорога превратилась в узкую тропку. Отряд растянулся так, что Безсоновским казакам можно было спать лишних часа три, пока наступала их очередь выдвигаться. Каменистая ниточка вилась и изгибалась, обходя препятствия. Случалось, что авангард мог свободно переговариваться с пушкарями, находясь, тем не менее, верстах в трех впереди. Так продолжалось два дня, пока тропа не вывела нас на берег Катуни, к переправе.

На берегу буйной реки жил хитрый русский мужичек. Ловил рыбку, ковырялся в огородике, держал несколько ульев. А еще — владел двумя лодками. Возможно, самыми большими по размеру плавсредствами от Бийска до Пенджаба.

Не знаю, где в этих неприветливых горах, нашел этот предприимчивый дядька два столь толстых бревна, но размеры выдолбленных суденышек действительно впечатляли. По семь или восемь метров длинной, и не меньше полутора — шириной. Только я плохо себе представлял мою нервную кобылку, пересекающую Катунь на шаткой посудине.

Гилева занимали совсем другие мысли. На первую ярмарку в верховье Чуи мы уже опоздали, она прошла в первых числах июня. До начала второй — с середины июля до середины августа — оставалось три недели, а путь впереди еще лежал долгий. Одна только переправа через неприветливую и жутко холодную реку почти тысячи человек и вдвое большего числа груженых лошадей могла растянуться минимум на пару недель.

У Бийского купца был вариант — в первую очередь перевезти торговый караван, и, не дожидаясь отягощенного пушками и запасами провианта воинского отряда, рвануться к Кош-Агачу. Этим своим планом он и поделился с нами у костра в разбитом на берегу лагере. Пришлось Принтцу приоткрыть завесу секретности и поведать отважному первооткрывателю о возможном нападении подконтрольных китайцам племенах аборигенов. И снова были упомянуты английские эмиссары, как потенциальные виновники.

— И чего им на своем острове не сидится! — в сердцах, брякнул я, даже не потрудившись задуматься.

— Торговля, — пожал плечами штабс-капитан, вычерчивая что-то прутиком на песке. — Как у всех. Мы в Коканд тоже не пустынями любоваться вторглись. Купцы генералам гешефт сделали и о сильной потребности в хлопке намекнули.

— Хлопок, это да, — легко согласился я. — Стратегическое сырье.

— Как вы сказали? — удивился разведчик. — Простите, Герман Густавович. Вы сказали — стратегическое? Отчего же?

Черт меня что ли за язык дернул. Пришлось выпутываться.

— У меня в присутствии господин Менделеев служит. Брат известного химика из Санкт-Петербургского университета. Так вот, мой чиновник утверждает, что сейчас

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.