Библиотека

Поводырь (СИ) стр. 163

Размер шрифта
-
+
Тема

да. Седачев! Укажите, что не позднее двадцать четвертого мая он, с семьей должен прибыть в Колывань, где присоединится к экспедиции в Чуйскую степь. В тамошнем поселке русских купцов напрочь отсутствует какой-либо полицейский надзор. Вот и исправим сие упущение.

Сахневич оскалился. У него здорово получалось. Завидные для человека его-то возраста зубы включали в себя совершенно звериные, длинные и острые клыки. Скажем так — для съемок очередной серии «Сумерек», его гримировать бы не понадобилось.

— Будут ли мне даны какие-либо дополнительные инструкции, Ваше превосходительство? — поинтересовался старый оборотень.

— Конечно, — простонал я. Добрый доктор начинал сшивать мне глубокий порез на ноге. — Посетите меня перед отправлением в Каинск.

В гостиной добавилось народа. Страдающий обострением фантазии Корнилов оказался совершенно скрыт за спинами Фризеля, барон фон Пфейлицер, казачьего майора Суходольского и глыбой Тецковым. На пороге торчала башня Безсонова. Приятно конечно проявлением такой заботы обо мне, но вкупе с десятками горящих свечей, вся эта банда только добавляла жарко натопленную комнату духоты. Я уже расстегнул верхние пуговки рубашки, но свежести не прибавилось.

— Господа! — промокнув салфеткой выступивший у меня на лбу пот, воскликнул врач. — Жизнь Его превосходительства вне опасности. Рана чистая и быстро заживет. Но господину губернатору пришлось пережить нелегкие минуты. Ему требуется покой и отдых. Посему прошу покинуть помещение.

И

пока туземное начальство у дверей недовольно ворчало, я успел подозвать Артемку и Варешку. Денщику попросту приказал задержать в номере Корнилова и Тецкова, а Варешке — укрыться пока в кабинете. С ним разговор обещал быть долгим.

Гриценко, оттирая не первой свежести носовым платком кровь с пальцев, удовлетворенно разглядывал, быть может, впервые в жизни подчинившихся ему начальников. Наскоро зашитая рана его внимание больше не занимала. А я, глядя на багровый рубец, пытался припомнить — мыл ли окружной доктор руки, перед тем как меня пользовать? И обрабатывал ли рану? И сколько миллиардов бактерий сейчас атакуют мое тело изнутри? От мыслей таких у меня даже комок к горлу подступил.

— Апанас, вина хлебного неси…

«Блин. Отправь дурака за водкой — он одну и принесет», — подумал я, мрачно глядя на принесенный белорусом натюрморт. Граненый стаканчик мутной, не меньше чем семидесятиградусной, сивухи, блюдце маринованных огурчиков и несколько ломтей черного ржаного хлеба.

— Еще неси, — прошипел я, выливая дезинфицирующий раствор спирта с сивушными маслами поверх только-только зашитой раны.

— Что это вы делаете, голубчик? — удивился Гриценко.

— Микробов пытаюсь убить, — честно признался я. — Вам же не досуг.

— Микробов?

— Маленьких болезнетворных организмов, которых вы сейчас мне в рану руками внесли. Они от спирта только и дохнут. Ну, или от высокой температуры, — я напряг память. — Кажется при пятидесяти пяти градусах по Цельсию. Но ногу поджаривать не дам. Потому — только спирт.

— Гм, любопытная интерпретация, — прикладывая тыльную сторону ладони мне ко лбу, протянул Гриценко. — И что же, голубчик? Вы и прямо сейчас эти организмы изволите наблюдать?

— Тьфу на вас, доктор, — у меня складывалось стойкое впечатление, что разговариваю не с врачом, а с шарлатаном, называющим себя медработником. — Микробы совсем маленькие. Невооруженным глазом их увидеть невозможно.

— От чего же вы решили, что эти ваши микроорганизмы там, тем не менее, присутствуют?

— Потому, Николай Семенович, что читать умею. И сообщениям светил науки, об открытии первопричины большинства болезней, привык

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.