Поводырь (СИ) стр. 173
более сорока землевладений. Вся операция длилась почти сутки, в течение которых я успел четырежды отлучиться и вернуться обратно. И, естественно, по закону Подлости, самые интересные и напряженные моменты, так же числом — четыре, случились именно в тот момент, когда меня рядом не было.
Когда полуголые, в хорошем подпитии, проститутки напали на пятерку осматривающих их «заведение» казаков и, пуще кошек, расцарапали служивым физиономии — я, по просьбе Гинтара, проверял ведомости доплат для губернских чиновников. В канцелярии Фонда уже имелось несколько жалоб на бюрократические «фокусы» некоторых моих подопечных, и стоило как-то показать остальным, что этакий «цирк» может обойтись весьма дорого. Решили составить
общие списки с указанием сумм, и вывешать их в доступном месте, для всеобщего обозрения.
Кстати, мой седой прибалт совершил небольшое экономическое чудо. Как я уже говорил, в казне Фонда различных, более или менее добровольных, пожертвований собралось на сумму чуть меньше ста тысяч рублей ассигнациями. По меркам Томска — огромная сумма — эквивалентная целой улице деревянных усадеб, или трем пароходам, или полугодовому жалованию всех чиновников всех присутственных мест губернии. Вполне сравнимая с общей казной Сибирской Столицы, и всего на пару десятков тысяч меньшая, чем годовой бюджет самого Томска.
Так вот. Господин Мартинс распределил деньги следующим образом: половина была помещена на счет в Сибирском Общественном банке и предназначалась для оплаты расходов на строительство зданий. Небольшая часть из оставшихся — была отложена для первой, майской, выплаты. А остальное — роздано в долг под проценты нуждающимся в увеличении оборотных средств купцам и промышленникам. Под залог адекватных долей в их предприятиях. Все документы были оформлены со всей тщательностью, зарегистрированы в магистрате, у окружного судьи и у прокурора. Как-либо оспорить залоги у нечистоплотных дельцов никак бы не вышло.
Выплаты процентов по займам должны были совершаться один раз в месяц, и только наличными деньгами. И за май-месяц капитал Фонда должен был увеличиться на триста рублей. А с учетом приобретенных земельных участков — так и больше. Учитывая, что я полагал нормальным, если первый год моя затея будет действовать в убыток — бывший слуга поступил наиболее эффективно. Так что, заняв время финансовыми отчетами и списками чиновничьего люда, я ни чуть не жалел, что пропустил «лицораздирающую» сцену из «Бабского бунта».
Ближе к обеду на сакраментальный вопрос одной из досмотровых бригад: «Где они»? управляющий одного из притонов, ткнул пальцем в закрытый люк подвала. Но стоило тяжелой крышке открыться, как из тьмы раздались выстрелы. У откровенно радующихся развлечению казаков был четкий и недвусмысленный приказ — татей брать живыми. Потому палить из ружей в ответ они не стали, а принялись сбрасывать вниз тлеющие связки тряпок и соломы. Когда внизу стало совершенно нечем дышать, лиходеи полезли к свету и чистому воздуху. Где их уже ждали нагайки и крепкие веревки. Красненького среди арестованных не обнаружилось. Но полицейские не переживали — среди «детей подземелья» были не менее колоритные личности.
Рассказывают, что дымина поднялся такой, что соседи, решившие, будто начался пожар, побежали к колокольне бить пожарную тревогу. Нужно отметить, что полицмейстер прибыл вперед пожарной команды. Был бледен, как снег и непочтителен. Ругался матом и лез драться. Его можно было понять — ставить барона в известность о намечающейся