Поводырь (СИ) стр. 69
а тому и подписать нечего! Сегодня же! Слышите? Сегодня же прислать мне документы! И потрудитесь присовокупить к ним прошения на обустройство суконной мануфактуры и валяльной фабрики. Поставки шерсти от инородцев организовать сможете?
— Не смел и надеяться, Ваше превосходительство, — пролепетал скрытый якобинец и открыто затюканный тупоголовыми туземными князьками Мясников.
— Плохо, господин купец! Плохо! Отправляйтесь оформлять бумаги. И впредь потрудитесь приходить лучше подготовленным!
В общем, вторник начался гораздо лучше понедельника.
И представляете! Тело само вспомнило, как держаться в седле. Стоило отвлечься — оно, мной нежно любимое, крепко усаживалось и уверенно поводья держало. А как только глупым мозгом пытался понять — что происходит, тут же съезжал набок и коняга надомной ржал. Так что удовольствие оба получили — и я и лошадь.
На конную прогулку, конечно же, сотник вытащил. Третий десяток его казаков встречать. Пришлось соответствовать.
Хорошо Варешка вовремя пришел. Опоздай минут на пяток и могло некрасиво получиться. Сидел бы ждал, пока я по окрестностям на резвом хохотуне разъезжаю. А так и поговорили по дороге. В общем-то, ни о чем. «За жизнь», как говаривали в мое время. Мне было важно понять, что он за человек и можно ли ему доверять. Яж его на место главного добытчика чужих и хранителя своих тайн прочил. Как такому не доверять. Либо так, либо ну его нафиг. Пусть бы и дальше в своей Барабинской степи обглоданные волками трупы по дорогам собирал.
Парень не разочаровал. Умный, наблюдательный. Язык за зубами умеет держать. Я ему свою сказку рассказал — о том, как молодой и ничего не умеющий поручик с Кавказа домой вернулся… Слушал внимательно. Иногда бросал на меня взгляды. Но молчал. Лишь кивнул, когда я поделился планами — навестить окружного судью по месту его основной работы. Договорились встретиться на следующий день. Пообещал рассказать ему о возможном грядущем.
Куперштох пришел-таки немного раньше назначенного времени. Так что бы мало ли что. Правый карман
его… ну не знаю, как эта одежда называется… вроде длиннополого сюртука, заметно оттопыривался. Рентгена у меня нет, но я и так знал, что там. Конечно — деньги! Зачем бы еще честный иудей понадобился гражданскому губернатору?
Приятно было его разочаровать. Впрочем, он в долгу не остался. Просто убил меня наповал, открыв страшную тайну — зачем подавал прошение на открытие винокурни, если знал — обязательно откажут. Думаете — на авось? А вдруг гои все-таки разрешат и нескладный, угловатый такой весь, еврей сможет поправить свое финансовое положение? А вот и нет.
Оказывается, в Каинск постоянно приезжали на жительство иудеи из европейской России. Естественно, мошна у них не занимала много места. Местная община, конечно, помогала единоверцам, пока не был открыт исключительно тонкий способ образования первоначального капитала. На вновь прибывшего покупалось разрешение винной торговли. Небольшая рюмочная у тракта за год легко зарабатывала хозяину на открытие «красивой» торговли или ремесленной мастерской. Забегаловка передавалась следующему страждущему и цикл повторялся.
Так вот именно тут и пряталась основная проблема. Сибирские виноторговцы вовсе не стремились продавать евреям водку. Ибо все годами наработанные схемы и каналы оптовой торговли разбивались о безусловный торговый талант этого гонимого племени. Там где русские продавали сто ведер хлебного вина по рублю оптом, какой-нибудь Изя выторговывал то